Воскресенье, 26.03.2017, 06:28 | Вы вошли как Гость | Группа "Гости"Приветствую Вас Гость

Главная » 2016 » Декабрь » 6 » Средневековая история Череповецкой земли
15:54
Средневековая история Череповецкой земли

В середине — второй половине XX века археологические исследования в Белозерье осуществлялись в основном в центральной части региона — на месте древнего города Белоозера и в непосредственной близости от него. Большие работы в это время велись также на берегах Суды, Колпи, Мологи.

Среднее течение реки Шексны, где находится описываемая округа, длительное время не привлекало особого внимания исследователей. Этому способствовало и то обстоятельство, что самые ранние письменные упоминания о поселениях региона относятся к позднему средневековью. Работы, проведенные на средней Шексне в последние годы, позволили по-новому посмотреть на прошлое Череповецкой округи. Целью этой статьи является освещение исторических процессов, происходивших в регионе в эпоху средневековья, реконструкция хозяйственной и этнодемографической ситуации, сложившейся здесь в тот период.

Характеризуемый регион (с центром в городе Череповце) имеет сравнительно небольшие размеры. Важным географическим объектом его является река Шексна. Она имеет протяженность 432 километра и соединяет Белое озеро с Волгой. К данному региону, кроме среднего течения Шексны, относится нижнее течение реки Суды, имеющей мощную разветвленную систему, а также меньшие по протяженности реки — Большой Юг, Угла, Конома, Кондоша. В устье реки Ягорбы, сравнительно небольшого притока Шексны, находится современный город Череповец.

Шексна в прошлом была рекой довольно сложной для передвижения, так как имела многочисленные препятствия в виде порогов, перекатов, каменных “гряд”, мелей. Наиболее трудными для плавания участками были часть верхнего и среднее течение реки, там, где располагались пороги. Несмотря на преграды, мешавшие двигаться по Шексне, она во все времена оставалась основной водной магистралью, соединяющей Волгу со значительной частью Севера. Образование в бассейне Шексны двух водохранилищ — Рыбинского и Шекснинского — изменило до неузнаваемости ее берега. Самые большие затопленные площади пришлись на Молого-Шекснинскую низменность — на нижнее и часть среднего течения Шексны. Ушли под воду многочисленные памятники археологии. На сегодня нижнее течение Шексны для российских археологов является фактически “землей неизвестной”.

История исследований региона начинается в XIX веке. Уже в это время историками и краеведами осуществлялись сборы археологических материалов на берегах Шексны. Возможно, именно так был найден шекснинский каменный идол, поступивший в Новгород в 1893 году от В. С. Передольского.

Сборы на Шексне проводились Е. В. Барсовым, историком и краеведом, стоявшим у истоков создания Череповецкого краеведческого музея. В 20-е годы XX века в Череповце активизировалась деятельность местного краеведческого общества. С его помощью были опубликованы исследования местных краеведов, в частности “История Череповецкого края” Г. И. Виноградова[1]. В 1926—1928 годах здесь работала археолог, сотрудник Череповецкого губернского музея, выпускница МГУ М. Е. Арсакова. В Череповецком музее сохранились сведения о раскопках М. Е. Арсаковой кургана у села Дмитриеве, вблизи Череповца. В кургане было обнаружено женское погребение по обряду трупоположения, сопровождавшееся круговым сосудом, бусами, бронзовыми украшениями, арабскими монетами и другими вещами. В 1930-е годы XX века у деревни Минине на реке Большой Юг при сооружении картофельных ям был обнаружен средневековый грунтовый могильник. Антропологические материалы и сопровождающий погребения вещевой инвентарь были переданы местным учителем Н. А. Семеновским в Череповецкий краеведческий музей.

После образования Рыбинского водохранилища началось интенсивное разрушение берегов Шексны и ее притоков. С 1945 года в фонды Череповецкого краеведческого музея поступают многочисленные археологические материалы с размываемых средневековых памятников — поселений Луковец, Городище, Успенская Слобода, Любец и других. В 1959 году научный сотрудник Государственного Исторического музея Н. В. Тухтина исследовала несколько погребений разрушающегося грунтового могильника в Торово, в устье реки Суды, обнаруженного ранее А. А. Алексеевой[2].

Территория самого города Череповца не привлекала внимания археологов вплоть до последнего времени, до 80-х годов XX века.

В 1980 году от краеведа С. Б. Калинина в Череповецкий музей поступили первые археологические находки с поселения Соборная горка в городе Череповце. Начало широкого обследования Череповецкой округи в первой половине 1980-х годов связано с работой археолога А. Н. Башенькина, в то время старшего научного сотрудника Череповецкого краеведческого музея. Им был обнаружен целый ряд новых археологических памятников эпохи средневековья в Череповце и ближайших окрестностях, продолжено обследование уже известных памятников на Шексне, таких, как Луковец, Городище и другие[3]. В 1982 году экспедицией Череповецкого краеведческого музея под руководством А. Н. Башенькина осуществлялись раскопки поселения у Дома охотника на реке Большой Юг[4].

С 1987 года изучением средневековых памятников в регионе занимается Шекснинский отряд Северорусской археологической экспедиции Череповецкого музейного объединения под руководством автора. За несколько лет здесь удалось открыть свыше трех десятков новых памятников эпохи средневековья. На территории Череповца широкими раскопками исследованы поселение Октябрьский мост, где вскрыто 996 квадратных метров площади памятника, поселение Соборная горка (130 квадратных метров), поселение Урывково на восточной окраине города, где раскопкам подверглась площадь свыше 380 квадратных метров. В поселке Шексна на реке Угле исследовано свыше 240 квадратных метров площади поселения Шексна-1. Большие работы проводились вблизи деревни Минине на реке Большой Юг, левом притоке реки Шексны. Здесь раскапывались поселение Минино-II (244 квадратных метра), поселение Минино-IV (272 квадратных метра), поселение Минино-V (380 квадратных метров), а также грунтовый могильник Минино-1, где исследовано несколько погребений по обряду трупоположения.

На нижней Суде, вблизи поселка Кривец, раскопкам подверглись поселение и курганный могильник. На поселении исследовано 540 квадратных метров площади, в могильнике раскопано 8 насыпей разной степени сохранности. На поселении Луковец, расположенном на небольшом острове в Рыбинском водохранилище, раскопано 196 квадратных метров площади. Всего в регионе на средневековых поселениях исследовано раскопками свыше 3000 квадратных метров площади. Кроме того, на средневековых памятниках округи был собран многочисленный подъемный материал, ряд поселений подвергался шурфовке. Описываемый регион, таким образом, характеризуется в настоящее время относительно высоким уровнем археологической изученности. В результате этих исследований получен значительный материал, относящийся к большому по продолжительности периоду истории (с середины I тысячелетия до середины II тысячелетия н. э.).


Рис. 1. Памятники середины – второй половины I тысячелетия н. э.
      1 – Соборная горка; 2 – Завод ГАРО-II; 3 – Октябрьский мост; 4 – Панькино; 5 – Урывково; 6 – Городище; 7 – Клопузово-II; 8 – Шуш-гора; 9 – Дом охотника; 10 – Гоша-VI; 11 – Гоша IV; 12 – Шексна-IV.

Предметы, относящиеся к I тысячелетию н. э., обнаружены на средней Шексне как в результате археологических раскопок, так и при сборах подъемного материала на разрушающихся памятниках. Материалы эти, как правило, немногочисленны. Основную часть находок составляют фрагменты керамики; небольшими коллекциями представлены другие предметы быта, еще реже встречаются украшения. К числу памятников этого времени можно отнести поселение Шексна-IV на реке Угле, поселение у Дома охотника, Шуш-гору и другие на реке Большой Юг. Материалы I тысячелетия н. э. обнаружены также на поселениях Соборная горка, Урывково, Городище (рис. 1).

В результате раскопок А. Н. Башенькиным поселения у Дома охотника были найдены бронзовый спиральный перстень и многочисленная лепная неорнаментированная керамика. Неорнаментированная лепная керамика обнаружена на поселении Урывково в Череповце[5]. Основную часть коллекции керамики, обнаруженной на поселениях I тысячелетия н. э., составляют лепные горшки больших и средних размеров, имеющие слабую профилировку. Сосуды таких типов имеют аналогии на позднедьяковских городищах и селищах Поволжья[6]. Интересно, что шекснинская лепная посуда второй половины I тысячелетия н. э. не имеет яркого признака более поздней финно-угорской керамики, бытовавшей на берегах Шексны в конце I — начале II тысячелетия и. э., — богатой орнаментации сосудов.

Традиции такой орнаментации лепной керамики появились здесь, по всей видимости, лишь в конце I тысячелетия. Анализируя материалы второй половины I тысячелетия в регионе, необходимо отметить, что памятники этого времени изучены пока недостаточно.

Финно-угорское население, проживавшее в конце I тысячелетия н. э. на берегах Шексны и Белого озера, имело яркую культуру. Исследователи, изучающие памятники этой культуры в крае, относят ее к летописной веси. Л. А. Голубева, занимавшаяся исследованием региона, в своих работах выделила ряд культурных признаков, характерных для белозерской веси. Она определила особенности весского погребального обряда, дала характеристику вещевого комплекса, восстановила картину ареала расселения веси[7]. Н. А. Макаров, исследовавший лепную керамику поселения Крутик и других памятников, выделил основные типы посуды, определил признаки глиняной посуды местных типов, относящихся к концу I — началу II тысячелетия н. э. в Белозерье[8]. А. Н. Башенькин, исследуя археологические памятники VI—XIII веков на реке Суде, проследил развитие культуры судской веси на протяжении длительного времени[9].

На сегодняшний день финно-угорские материалы Х—XI веков обнаружены на ряде памятников региона, в том числе и на территории современного города Череповца (рис. 2). Культурный слой этих памятников содержит предметы, традиционно относимые к финно-угорским: лепную керамику, богато орнаментированную гребенчатым и рамочным штампами; характерные бронзовые украшения, предметы быта. К таким памятникам относятся поселения: Соборная горка. Октябрьский мост, Лесомеханический техникум-П, Набережная Ягорбы, Матурино-II в городе Череповце, Луковец, Кривец, Шексна-1, Минине-V, Даргун-1, Гоша-IV и другие.

Рис. 2. Финно-угорские памятники X – первой половины XI в.:
1 – Набережная Ягорбы; 2 – Соборная горка; 3 – Лесомеханический техникум-II; 4 – Октябрьский мост; 5 – Матурино – II; 6 – Кривец; 7 – Луковец; 8 – Городище; 9 – Даргун-II; 10 – Гоша – IV; 11 – Гоша – V; 12 – Гоша-I; 13 – Минино-V; 14 – Минино-I; 15 – Усть-Имая (селище Потеряево); 16 – Шексна-I

На многих исследованных финно-угорских памятниках присутствуют признаки как восточнофинской культуры, так и культуры прибалтийских финнов. К восточнофинским элементам можно отнести обнаруженные в регионе кресало с бронзовой рукоятью, выполненной в “зверином” стиле (Октябрьский мост); шумящие подвески со щитками треугольной формы и привесками-бубенчиками (Октябрьский мост, Минино-1, Минино-V); круглую ложновитую фибулу (Минино-1); бутылковидные, конические подвески; привески в виде утиных лапок (Октябрьский мост, Соборная горка, Кривец) (рис. 3: 6, 7, 10).

К элементам прибалтийско-финской культуры относятся обнаруженные здесь подковообразные фибулы со спиральными концами (Кривец, Октябрьский мост), орнаментированная подвеска в виде ложечки (Октябрьский мост). В лепной посуде, происходящей с поселений средней Шексны, значительную часть занимают сосуды баночной формы и горшки “стройных пропорций”. В регионе обнаружены также изделия, распространенные как среди финно-угров Поволжья и Прикамья, так и в прибалтийско-финской среде. К ним относятся зооморфные, трапециевидные подвески, подвески из астрагала бобра. Особое место занимает цельнолитая бронзовая фигурка оленя, обнаруженная на поселении Шексна-1 (рис. 3). 

 


Рис. 3. Вещевой, инвентарь:
I — нашивная бляха: 2,3 — ножи; 4 — поясная пряжка: 5 — фибула; 6, 12 — подвески; 7 — подвеска-лапка; 8 — флаконовидная буса; 9 — фигурка оленя; 10 — рукоять кресала; 11 — подвеска-уточка; 13 — копоушка. 1, 4—13 — бронза; 2,3 — железо; I- 4 — Городище; 2 — Дом охотника; 3 — Урывково; 5, 6 — могильник Минино-I; 7, 10 — Октябрьский мост; 8 — поселение Минино-V; 9 — Шексна-I: 11, 12 — могильник Кривец,: 13 — поселение Кривец

Культ оленя был распространен среди финно-угров в I — начале II тысячелетия н. э. На средней Шексне имеются немногочисленные находки, относимые исследователями к типично весским — литой браслет с глубоким орнаментом (Соборная горка), бронзовые флаконовидные бусы (Минино-V), некоторые типы лепной посуды, в том числе сосуды “с налепом”.

Анализируя материалы, происходящие с финно-угорских поселений средней Шексны, необходимо отметить, что значительную часть их в X — начале XI века составляют восточнофинские древности. Это свидетельствует о тесных связях населения Шексны того времени с Поволжьем и Прикамьем.

Прибалтийско-финские элементы занимают более скромное место и представлены предметами, бытовавшими в XI веке, а также в более позднее время. Аналогичная картина отмечается А. Н. Башенькиным в среде су декой веси[10]. В отдельных регионах Белозерья, таких, как бассейн Суды, культура местного финно-угорского населения оказалась менее размытой в отличие от культуры того же населения Шексны, где в Х—XI веках начинается более интенсивный процесс перемещения населения с юга на север. Формирование культуры судской веси происходило более стабильно, и своеобразие ее сохранялось длительное время[11]. Интересно, что белозерская весь оказалась наиболее изученной при исследовании памятников VI—XIII веков, располагающихся на реке Суде, правом притоке Шексны.

Характеризуя хозяйственную деятельность финно-угорского населения региона в Х—XI веках, необходимо отметить важность для него таких занятий, как скотоводство, охота, в первую очередь специализированная пушная. Среди костей диких животных, обнаруженных здесь, наиболее часто встречаются кости бобра, лисицы, зайца, куницы, лося, кабана. Отмечены также кости северного оленя, медведя, росомахи. Кости крупного рогатого скота, овцы, свиньи, лошади составляют большую часть остеологических коллекций, происходящих из самых ранних слоев исследованных на Шексне поселений[12].

Находки орудий рыбной ловли — рыболовных крюков, блесен, гарпунов, острог, грузил, поплавков от рыболовных сетей, а также многочисленных костей рыб — ярко свидетельствуют о важности рыболовства в жизни финно-угорских жителей края.

Еще большое значение для местных финно-угров в конце I — начале II тысячелетия н. э. имели ремесла. Важнейшими из них были выплавка железа из местных болотных и луговых руд и его кузнечная обработка. Остатки металлургического производства — скопления шлаков, многочисленные лепешкообразные крицы, фрагменты глиняных воздуходувных трубок, инструмент — обнаружены в Кривце, на Минине-V, Октябрьском мосту, в Луковце. Местные кузнецы имели, по мнению специалистов, достаточно высокую квалификацию. Как выяснилось при металлографическом анализе, на поселении Минино-V найдены изделия, изготовленные по сложной технологии, например, сварные ножи, выполненные по схеме трехслойного пакета. На поселении Октябрьский мост в слоях Х—XI веков обнаружены ножи, изготовленные по технологии не только трехслойного, но и пятислойного пакета. Ножи выполнены с соблюдением всех норм кузнечной ковки и сварки, что свидетельствует о высоком классе мастерства кузнецов, их отковавших[13].

Изготовление изделий из бронзы, меди, серебра сосредоточивалось в основном в торгово-ремесленных центрах. В среде финно-угорского населения Шексны, кроме вышеперечисленных, были распространены косторезное и гончарное ремесла. Обработка дерева, прядение, ткачество, шитье одежды, обуви носили характер домашней работы.

Постройки финно-угорского населения были наземными срубными. Финно-угорские поселения на средней Шексне были в основном небольшими по размерам, их площадь изменялась от 500 квадратных метров до 0,5 гектара. Эти селища занимали береговые террасы высотой от 3 до 10 метров. Основными занятиями жителей этих небольших селищ были, очевидно, скотоводство, охота, рыболовство, домашние ремесла. Участие их в торговле было нерегулярным.

Совсем Другая картина представляется на крупных поселениях, располагающихся непосредственно на берегах Шексны. В первую очередь к ним можно отнести Октябрьский мост и Луковец. Эти центры являлись местами сосредоточения высокоразвитого ремесла, были участниками международной торговли[14]. В качестве основного товара местного населения длительное время выступала пушнина. О торговых связях населения Шексны с Востоком свидетельствуют находки серебряных монет (дирхемов) на поселении Октябрьский мост, в Панькино, на Луковце. Фрагменты булгарской керамики обнаружены на ряде поселений Шексны. Наряду с международной торговлей в крупных поселениях осуществлялась и местная торговля, в которую была втянута округа.

Проблемы, связанные с "древнерусской колонизацией" Белозерья, неоднократно поднимались и поднимаются в исторической и археологической литературе[15]. Большинство авторов относит начало массовой славянской колонизации в Белозерье к X, а некоторые даже к IX веку, что вызывает некоторые сомнения. Кроме древнерусской круговой керамики, к наиболее ранним таким материалам, обнаруженным в регионе, можно отнести проволочные височные кольца с завязанными концами, семилучевое височное кольцо, ранние кресты-тельники, некоторые другие вещи (рис. 4). Эти предметы широко датируются Х—XI веками и, безусловно, не могут свидетельствовать о колонизации берегов Шексны в Х и тем более в IX веке.

Представляется, что делать вывод о массовом древнерусском освоении берегов Шексны и ее притоков в Х веке нет достаточных оснований. В данный период лишь начинается этот важный процесс, захвативший, в первую очередь, центры края.


Рис. 4. Вещевой инвентарь:
      1 - 5,. 7 — височные кольца: б — височное кольцо с монетой; 8 — подвеска-луннииа; 9 — крестовидная подвеска; 10 — подвеска-иконка: 11 — крест-тельник; 1 - 3, 8—// — бронза: 4 — серебро; 5,7 — бронза, стекло; б — бронза, серебро: 1, 9, 11 — Соборная горка; 2 — могильник Минина; 3—8 — могильник Кривец,; 10 — Октябрьский мост

Культурные отложения на большинстве шекснинских поселений конца I — начала II тысячелетия оказались из-за отсутствия влаги в значительной степени “спрессованными”. Разделение слоя по горизонтам при его незначительной мощности представляет большую сложность. Особую ценность в связи с этим имеют исследования поселения Луковец, где благодаря большой насыщенности слоя влагой сохранились органические остатки — дерево, кость, кожа и т. п.

Культурный слой Луковца достигает мощности 2,2—2,3 метра. В слое на разных участках исследовано 6—8 ярусов деревянных построек, существовавших с Х по XII век. Некоторые из них датированы дендрохронологически[16]. В результате исследований луковецкого культурного слоя в 1981, 1992, 1995, 1996 годах выяснилось, что наиболее ранние напластования отложились в южной части острова (раскопы 1—3). На этом участке керамика VIII—XI пластов (по 0,2 метра), лежащих на материке, представлена (за исключением нескольких фрагментов круговой посуды) лепными сосудами местных белозерских типов, украшенными в основном гребенчатым штампом. В этих пластах обнаружены остатки деревянных построек плохой сохранности, длина некоторых из них достигала 8 метров. Кроме большого количества изделий из дерева и бересты, в пластах, отнесенных к Х веку, обнаружены лимоновидные, кольцевидные, крученые бусы, ножи, инструмент, изделия из кости и рога — наконечники стрел, накладки, рукояти, орнаментированные копоушки и другие предметы. В постройках, датируемых первой половиной XI века, количество находок резко возрастает — увеличивается количество бус, среди них преобладают золото- и серебро-стеклянные, больше становится шиферных пряслиц. Здесь обнаружены яички-писанки, фрагменты стеклянных перстней, браслетов, перстнеобразные височные кольца и другие предметы, традиционно относимые к древнерусским. Древнерусская круговая посуда начинает доминировать в пластах, датируемых серединой — второй половиной XI века. Поселение Луковец становится древнерусским центром не позднее рубежа Х—XI веков.

Тем не менее финно-угорские элементы широко присутствуют здесь по крайней мере до XII века, что обусловлено продолжительным существованием этого центра в финно-угорском окружении.

Многие древнерусские вещи XI века, обнаруженные здесь, имеют аналогии в первую очередь на северо-западе Древней Руси. К таким вещам можно отнести перстнеобразные височные кольца “с завитком” с нанизанными на них бусами и монетами, браслетообразные височные кольца с завязанными концами, орнаментированную широкорогую лунницу и другие изделия (рис. 4: 4—7). К числу древнерусских поселений, основанных выходцами из Новгородской земли, необходимо отнести древний поселок Кривец на нижней Суде[17]. Он появился в середине — второй половине XI века на месте небольшого финно-угорского селища.

Поселение располагалось на левом берегу реки Суды, чуть ниже устья реки Андоги — одного из самых крупных притоков Суды. Площадь поселения превышала 1 гектар, оно занимало часть береговой террасы высотой до 5—6 метров. Древнерусский Кривец существовал длительное время на границе с территорией, заселенной судской весью. Это приводило к многочисленным контактам древнерусского населения с финно-угорским и отразилось в широком присутствии финно-угорских элементов на древнерусском селище и в принадлежащем ему курганном могильнике: сосуществовании круговой древнерусской керамики с лепной керамикой, распространенной в среде судской веси; наличии на поселении и в могильнике шумящих, зооморфных подвесок, подвесок из астрагала бобра, бронзовой копоушки.

Наиболее раннее и значительное присутствие древнерусского населения наблюдается в крупных центрах Шексны — на Луковце, Октябрьском мосту, на Белоозере. Торгово-ремесленный характер этих центров способствовал оседанию здесь нового населения, для которого занятия ремеслом и торговлей становились основными.

Проникновение древнерусского населения в бассейн Шексны в XI веке привело к появлению в регионе представителей государственной власти. А. Н. Насонов полагает, что Белоозеро вошло в состав Ростово-Суздальской земли уже в первой половине XI века после подавления князем Ярославом Мудрым восстания в Суздальской земле в 1024 году[18].

По всей видимости, в это время на Шексне устанавливаются погосты — места сбора дани, пошлин. Здесь осуществлялся суд над местным населением. Погосты находились в наиболее важных пунктах на торговых путях, некоторые из них располагались в крупных торгово-ремесленных поселках. Погосты занимали важное место в политической структуре древнерусского государства. Одним из таких погостов был, без сомнения, Луковец. Находясь в исключительно выгодном географическом положении, в устье Суды (второй крупнейшей реки края), на полпути от Белоозера к Волге, Луковец контролировал движение по основным водным магистралям. Подтверждением раннего присутствия на Луковце военного отряда, необходимого для такого контроля, является обнаруженное здесь оружие — боевые топоры, среди них — парадный топорик, инкрустированный серебром, датируемый Х—XI веками, наконечники копий, стрел, в том числе бронебойных. Здесь найдены детали снаряжения всадника, ледоходные шипы. Из построек первой половины — середины XI века происходят многочисленные украшения: амулеты, железная орнаментированная булавка с кольцом, костяной гребень с нанесенным на нем “знаком Рюриковичей”. Кроме того, на Луковце обнаружены предметы христианского культа, высококачественные ремесленные изделия.

С древнерусским освоением бассейна Шексны связано развитие здесь земледелия.

Начало широкого распространения его в регионе приходится, очевидно, на XI—XII века. Скопление зерен обнаружено на Луковце в срубе сгоревшего дома первой половины XI века. В срубе соседнего дома, датированного примерно тем же временем, найдена мотыга. Орудия земледелия — сошники, мотыги, а также орудия уборки и переработки урожая — серпы, косы-горбуши, зернотерки — обнаружены на ряде шекснинских древнерусских поселений (Октябрьский мост, Минино-II, Минино-IV, Кривец).

Древнерусские селища часто возникали из поселений местных финно-угров.

Процесс ассимиляции можно наблюдать на примере взаимоотношений жителей древних поселений, исследованных у деревни Минине на реке Большой Юг. В начале XII века вблизи финно-угорского поселения Минино-V, существовавшего с начала XI века, возникает крупное древнерусское поселение Минино-II, а чуть позднее здесь появляется еще одно селище — Минино-IV.

Влияние древнерусского населения на соседей проявилось в появлении на финно-угорском поселении печей-каменок, вытеснивших традиционные очаги в корытообразных ямах, распространенные на селищах финно-угорского населения Шексны. В культурном слое XII века обнаружены древнерусская круговая керамика и украшения, а также бронзовый крест-тельник с распятием. Погребальный обряд местных жителей также претерпевает изменения. В грунтовом могильнике Минино-I, принадлежавшем финно-угорскому населению Минине-V, наряду с захоронениями, ориентированными головой на юг, появляются погребения с западной ориентировкой.

Вещевой инвентарь погребенных содержал и древнерусские вещи. В свою очередь на селище Минино-II прослеживаются финно-угорские элементы — находки лепной керамики местных типов, присутствуют корытообразные очаги, содержащие круговую керамику. Кроме того, здесь появляются наземные постройки вместо построек земляночного типа со срубом внутри жилищной ямы. Поселение Минино-V в XII веке прекращает свое существование, древнерусские селища существуют до XIV—XV веков (Минино-П), а одно из них (Минино-Ш) становится центром современной деревни. Не исключено, что население финно-угорского поселка покинуло обжитое место навсегда, но в то же время велика вероятность быстрой ассимиляции местных жителей, растворения их в массе древнерусских переселенцев.

Несмотря на отток части финно-угорского населения непосредственно с берегов Шексны, немало его осталось здесь, рядом с древнерусскими селищами. Это подтверждает и хорошо сохранившаяся в регионе финно-угорская топонимия: названия рек (Ягорба, Колмакса, Кондоша, Матинга), населенных пунктов (Ирдоматка, Романда, Шайма и другие). Сохранение дорусской топонимии в регионе обусловлено продолжительным проживанием финноязычного населения.

К XII веку поселения Луковец и Октябрьский мост приобретают многие черты, присущие древнерусским малым городам[19]. Здесь продолжает развиваться сложное ремесло, оседают в большом количестве привозные вещи. На поселениях найдены предметы христианского культа, оружие, элементы снаряжения воинов, шашки и шахматы.

В XII — начале XIII века приток переселенцев в Белозерье из мерянского Верхневолжья не ослабевает. Наряду с крупными древнерусскими поселениями, такими, как вышеупомянутые Минино-II и Минино-IV, имеющими размеры соответственно 2,5 гектара и 1 гектар, поселением Соборная горка в Череповце (2 гектара), на средней Шексне возникают десятки небольших селищ размерами от 200 квадратных метров до 0,2 гектара. К ним можно отнести поселения Усть-Угла, Шеломово, Кабачино, Пулово-Борисово, Гавино, Кондаша и другие (рис. 5).

Немногочисленные вещи, происходящие с этих памятников, включают в себя гончарную керамику, шиферные пряслица, редкие бронзовые и железные изделия. В регионе известны могильники XII—XIII веков. Грунтовый могильник в Торово содержал погребения в гробовищах. Они были ориентированы головой на запад и юго-запад. Погребения содержали различный инвентарь — ножи, бронзовые поясные кольца, перстни, перстнеобразные височные кольца, в том числе и трехбусенные, зонные бусы и другие вещи. Еще один грунтовый могильник этого времени известен в устье реки Иман у деревни Потеряево. Среди погребального инвентаря имелись рабочие топоры, ножи, а также бусы и другие украшения. Оба могильника относятся к древнерусскому времени.

 


Рис. 5. Памятники второй половины XI – XII в.:
1 – Набережная Ягорбы; 2 – Соборная горка; 3 – Лесомеханический техникум-II; 4 – Октябрьский мост; 5 – Урывково; 6 – Пулово-Борисово; 7 – Матурино-II; 8 – Матурино-V; 9 – Кабачино-II; 10 – Торово; 11 – Луковец; 12 – Городище; 13 – Любец; 14 – Гавино; 15 – Степаново; 16, 17 – Дмитриево; 18, 19 – Кривец; 20 – Шеломово-III; 21 – Шеломово – II; 22 – Даргун-II; 23 – Гоша-VI; 24 – Гоша-V; 25 – Гоша-VII; 26 – Минино-V; 27 – Минино-I; 28 – Минино-III; 29 – Минино-VI; 30 – Минино-IV; 31 – Минино-II; 32, 33 – Усть-Имая (селище Потеряево); 34 – Усть-Угла; 35 – Шексна-IV; 36 – Новоселки; 37 - Дроздово

Большая часть новых селищ размешалась на высоких береговых террасах, в некотором удалении от воды. Основным занятием жителей этих поселений было, очевидно, земледелие, поэтому осваивались территории, пригодные для него. Многие из этих поселений так и не переросли из “починков” в крупные селища. Часть же крохотных древнерусских селищ стала ядром будущих деревень. Такая картина наблюдается в Череповецкой округе в деревнях Борисово, Гавино, Степаново, Кабачино и других. Культурный слой древних селищ, имеющий интенсивно темную окраску, насыщенный очажными камнями, занимает, как правило, центральную, самую возвышенную часть ныне существующих деревень.

Современная система расселения сельского населения региона начинает складываться, по всей видимости, в конце XIII—XIV веке. Это время характеризуется проникновением переселенцев в глубь территории округи. В ряде случаев поселения оказываются настолько удалены от большой воды, что их связь с ней прослеживается по небольшим, ныне пересыхающим ручьям (Афанасово на реке Большой Юг, Кончино на реке Согоже) (рис. 6). Находки на этих поселениях, как правило, немногочисленны: керамика круговая, орнаментированная насечками и линейным орнаментом, оселки, инструменты, ножи, пряслица из керамики, изредка топоры утяжеленного типа. С XIV века, очевидно, начинается освоение водоразделов. Немало деревень по Шексне упоминается в документах XV века[20]. В “Писцовой книге езовых дворцовых волостей...”, составленной в 1585 году, перечисляются десятки деревень округи, располагавшиеся не только на берегах Шексны, но и на значительном удалении от нее[21].

 


Рис. 6. древнерусские памятники XIII—XIV вв.:
1 — Набережная Ягорбы; 2 — Соборная горка: 3 — Лесомеханический техникум-11; 4 — Октябрьский мост; 5 — Урывково, 6 — Пулово-Борисово; 7 — Матурино-II; 8 — Матурино-V; 9 — Кабачино-II; 10 — Торово; 11 — Успенская слобода (Ваганиха); 12 — Лукавей; 13 — Городище; 14 — Любой; 15 — Гавино; 16 — Кондоша; 17 — Степанова; 18 — Клопузово-I; 19 — Улома; 20 Дмитриева; 21 — Колмакское озеро; 22 — Романда: 23 — Шеломово-IV; 24 — Шеломово-II; 25 — Даргун-II; 26 — Поповское; 27 - Гоша-V; 28 - Минино-lV; 29 - Минино-П; 30 - Мшино-111; 31 — Афанасово; 32 — Архангельское; 33 — Спас-Лом; 34 — Русаново; 35 — Кончина; 36 — Усть-Имая (селище Потеряево); 37 — Усть-Угла; 38 — Шексна-IV; 39 — Новоселки; 40 — Нифонтова-! I; 41 —. Нифантово-III: 42 — Божа Дьяконовское

Таким образом, благодаря археологическим исследованиям последних лет нам удалось в какой-то степени реконструировать историко-культурную ситуацию на средней Шексне — важном регионе древнего Белозерья — для различных периодов его средневековой истории.

ПРИМЕЧАНИЯ

      1. Виноградов Г. И. История Череповецкого края. Белозерск, 1925. 
      2. 2Tyxтинa Н. В. Отчет о работе Белозерской экспедиции ГИМ в Вологодской области в июле—августе 1959 г. (Архив ИА РАН. Р-1. № 1933. С. 2—5).
      3. Башенькин А. Н. Работы в бассейне ШЕКСНЫ //АО. 1981. М., 1983. С. 5.
      4. Башенькин А. Н. Работы в бассейне Шексны //АО. 1982. М., 1984. С. 7.
      5. Кудряшов А. В. Отчет Шекснинского отряда САЭ о полевых работах в Вологодской области в 1988 г. (Архив ИА РАН. С. 1—20).
      6. Самойлович Н. Г. Керамика Поповского городища // Ранне-средневековые древности Верхнего Поволжья: Материалы работ Волго-Окской экспедиции. М., 1989. С. 106—125.
      7 Голубева Л. А. Весь и славяне на Белом озере. Х—XIII в. М., 1973. С. 81; Голубева Л. А., Кочкуркина С. И. Белозерская весь (По материалам поселения Крутик IX—Х вв.). Петрозаводск, 1991.
      8. Макаров Н. А. Лепная керамика поселения Крутик // Голубева Л. А., Кочкуркина С. И. Белозерская весь... Приложение. С. 129-163.
      9.Башенькин А. Н. Некоторые общие вопросы культуры веси. V—XIII вв. // Культура Европейского Севера России: Межвузовский сборник научных трудов. Вологда, 1989.
      10. Башенькин А. Н. Некоторые общие вопросы культуры веси.... С. 10—11.
      11 Там же. С. 17.
      12 Кости животных определялись Н. К. Верещагиным и М. В. Саблиным (ЗИН РАН. С.-Петербург).
      13 Металлографический анализ изделий из железа произведен Л. С. Розановой (ИА РАН. Москва).
      14. Кудряшов А. В. Средневековое поселение Октябрьский мост в Череповце (итоги исследований 1989, 1992, 1993 гг.) // Череповец: Краеведческий альманах. Вып. 1. Вологда, 1996. С. 33.
      15 Голубева Л. А. Весь и славяне на Белом озере... С. 58; Башенькин А. Н. Новые аспекты славянского освоения Европейского Севера по археологическим источникам. V—XIII вв. // Проблемы историографии и источниковедения истории Европейского Севера: Межвузовский сборник научных трудов. Вологда, 1992. С. 18; Макаров Н. А. Население Русского Севера в XI—XIII вв. М., 1990. С. 127.
      16 Дендрохронологический анализ выполнен Н. Б. Черных, А. Ф. Урьевой (ИА РАН. Москва).
      17. Кудряшов А. В. Поселение и могильник Кривец на нижней Суде // Древности Русского Севера. Вып. 1. Вологда, 1996. С. 189—203.
      18. Насонов А. Н. “Русская земля” и образование территории Древнерусского государства. М., 1951. С. 178—180; Башенькин А. Н. Некоторые общие вопросы культуры веси... С. 14.
      19 Кудряшов А. В. Средневековое поселение Октябрьский мост... С. 37; Башенькин А. Н., Кудряшов А. В. Древний Луковец: Тезисы конференции “Новгород и Новгородская земля. История и археология”. Новгород, 1989. С. 20—22.
      20 АСЭИ.Т. 2. Акта № 57, 66, 98, 106, 137,153, 260, 276, 286, 290, 333, 390. М.,1958.
      21 Писцовая книга езовых дворцовых волостей и государевых оброчных угодий Белозерского уезда 1585 г. М.; Л., 1984.

Автор: А. В. Кудряшов
Источник: Череповец: Краеведческий альманах. Вып. 2.

Категория: Новости Мерянии | Просмотров: 1001 | Добавил: merjanyn | Теги: меря, Вологодская область, археология, финно-угры, древнерусская культура, Древняя Русь, череповец, весь | Рейтинг: 5.0/9
Всего комментариев: 0
avatar
СТАНЬ МЕРЯ!
ИНТЕРЕСНОЕ
ТЭГИ
мерянский Павел Травкин чашечник меря финно-угры чудь весь финно-угорский субстрат Merjamaa Меряния вепсы История Руси суздаль меряне владимир история марийцы Ростов Великий ростов Русь новгород экология славяне топонимика кострома КРИВИЧИ русские Язычество камень следовик камень чашечник синий камень сакральные камни этнофутуризм археология мурома Владимиро-Суздальская земля мерянский язык ономастика Ростовская земля балты городище финны краеведение православие священные камни этнография святой источник общество Плёс дьяковцы Ивановская область регионализм культура идентитет искусство мещёра священный камень народное православие антропология россия Чухлома москва ярославль мифология вологда лингвистика Кологрив Ефим Честняков будущее Унжа вятичи Залесье волга Идентичность футуризм деревня север мерянский этнофутуризм Древняя Русь латвия русский север сакрум Галич Мерьский Верхнее Поволжье иваново реэтнизация капище новгородцы Ярославская область Московия скандинавы Северо-Восточная Русь Белоозеро мордва Залесская земля мерянский мир великороссы Вологодская область Костромская область христианство
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 2263
На основании какой письменности восстанавливать язык Муромы?
Всего ответов: 827
Статистика
Яндекс.Метрика