Пятница, 28.04.2017, 03:27 | Вы вошли как Гость | Группа "Гости"Приветствую Вас Гость

Главная » 2016 » Август » 28 » UI-RA-LA: Древний язык речных племён Андреса Пяябо
12:14
UI-RA-LA: Древний язык речных племён Андреса Пяябо

Эта статья обязана своим появлением тому, что за пределами «финно-угорских» (или «угро-финских», далее – УФ) исследований сохраняется очень-очень устаревшая концепция происхождения УФ народов, буквально заполонившая все энциклопедии и справочники на всех основных языках мира. Причина ясна: мало кто сверяется с данными последних исследований.

Безусловно, на огромных просторах УФ ареала происходили сдвиги и смещения. Например, предки сегодняшних финнов могли подняться из более развитых частей Балтики на север, обосновавшись среди первобытных лопарей. Нет сомнений в том, что похожие движения происходили и до того, но вопрос в том, какова была исходная ситуация?

Исходной же ситуацией была экспансия «лодочных народов» (boat peoples), или речных племён, передвигавшихся на своих челнах, выдолбленных из дерева выдолбленные из дерева (или на севере – кожаные) – от которых со временем образовывались оседлые группы, с которыми ослабевали контакты и формировались крупные диалектные регионы. Ранние исследователи языков, которые были классифицированы как УФ языки, определили, путём методов сравнительного языкознания, что то, каким образом отличались языки в УФ группе, находилось во взаимосвязи с уровнем затруднённости коммуникативного обмена. Ранние исследователи, однако, учитывали лишь фактор удалённости как наиболее важный. Для ориентированных же на передвижение водными путями охотников-собирателей более сильным фактором, определяющим степень отклонения от исходного языка, служила привязка к водным системам.

Я приводил пример с расселением алгонкинских племён [2] – таких же передвигающихся на каноэ охотников – обнаруженных в северо-западном секторе Северной Америки, когда европейцы прибыли туда в 16 веке. Ранние исследователи не имели возможности воспользоваться сегодняшними знаниями – такими, как в приведенном примере c алгонкинами. Не имели ранние исследователи и новейших археологических данных, появившихся в прошлом веке, исходя из которых учёные склоняются к отнесению речных племён к коренным европейским народам, независимо от их последующих перемещений внутри ареала.

В результате наивная лингвистика конца 19 века создала описание происхождения УФ языков, не имеющее ни малейшего отношения к действительности. Она была основана на моделях, разработанных не для языков кочевых племён, а для языков более южных регионов, где народы были ориентированы на оседлое земледелие, хотя и прибегали к осознанной смене мест обитания время от времени.

Наиболее же реалистичным и обоснованным сценарием (на основе имеющихся археологических данных) представляется мнение о том, что УФ языковая традиция восходит к передвигавшимся в челнах аборигенным охотникам-собирателям, пронизывавшим Северную Европу от Британии до Урала и вверх по рекам Европы (задолго до передвижения на север земледельческих племён), и постепенно исчезнувшим, с юга на север, вследствие ассимиляции в ходе экспансии земледельцев в северном направлении.

УФ языки – прежний взгляд 

Теория древних речных племён, представленная в моей работе ПРОИСХОЖДЕНИЕ И ЭКСПАНСИЯ РЕЧНОГО ОБРАЗА ЖИЗНИ: Введение в теорию (THE ORIGINS AND EXPANSIONS OF BOAT-ORIENTED WAYS OF LIFE : Basic Introduction to the Theory) основывается на идее о том, что языки, которые сегодня классифицируются как УФ языки, эволюционировали из изначальных языков ориентированных на передвижение в челнах охотников-промысловиков, которые пронизали водные регионы севера Европы примерно 10 000 лет до нашей эры. Происходят они из культуры «Маглемозе»[3] и их потомков. Этот новый взгляд, который поддерживается современными данными археологии, генетики и других наук, резко отличается от ранних представлений о генезисе УФ языков, который был довольно произвольно разработан языковедами 19 века, не имевшими доказательств, помимо компаративистского лингвистического анализа.

Самыми современными проявлениями УФ языков на сегодняшний день являются наиболее близкие к европейской цивилизации эстонский, финский и венгерский. При этом венгерский наиболее похож на самый удаленный и примитивный язык хантов, и считается следствием перемещения на юг в ходе миграций. Другие УФ языки существуют локально в пределах других стран, от саамов до карел, води, марийцев, хантов и многих других. Поскольку УФ языки сохранились по большей части в районах, удаленных от центров европейской цивилизации в континентальной Европе, здравый смысл подсказывает, что они являются остатками того, что когда-то было значительно большей группой, которая распространялась южнее юга Балтийского моря и до полуострова Ютландия и Британских островов на западе. Сегодня эту же историю о коренных народах, выживающих в более отдаленных районах, можно наблюдать в Северной Америке. Там аборигенные исконные языки до сих пор используются в северной части Канады. А к югу даже те, кто считает себя представителями аборигенных племён, говорят по-английски, и многие очень мало знают о своём родном языке.

Существует хорошая логическая основа для тезиса, что УФ языки могут представлять собой изначальные языки северной и континентальной Европы в целом, и что выжившие на сегодня УФ языки достались от первоначальных племён, населявших Европу. При этом выживание УФ языков находилось в прямой зависимости от степени изолированности по отношению к распространявшейся на север европейской сельскохозяйственной цивилизации.

Этот новый подход – рассматривать УФ языки как остатки первоначальных языков Европы – сталкивается со старыми взглядами, которые укоренились в мировой науке в течение века. Если читатель просмотрит любые старые книги или даже новые книги авторов, ссылающихся на прежние издания, они смогут увидеть лишь старую теорию. Согласно этой теории считается, что УФ языки имели происхождение в Предуралье, а затем распространились за счет миграций. Недостаток этого подхода очевиден. Если УФ языки были укоренены в Предуралье и затем лишь расширяли свой ареал, то каковы были аборигенные языки охотников, уже расселившихся по всему северу?

На протяжении многих лет ученые «решали» эту проблему, предполагая, что первоначальные племена были «финнами», то есть это были люди, идентифицируемые с сегодняшним саамами арктической Норвегии и Финляндии. Беда в том, что лингвистика не смогла вычленить саамов из УФ языков, наоборот, всегда была тенденция включать саамский в единую группу вместе с финским, эстонским и другими «прибалтийско-финскими» языками. Таким образом, эта старая теория УФ происхождения из определённого узко ограниченного региона, если её принять, даёт представления только о внутренних перемещениях одного и того же народа. Но эта идея тоже имеет свои недостатки. Известно, что использовавшие челны охотники-промысловики уже широко мигрировали в ходе своих ежегодных перемещений. Сама идея жёсткой привязки к какому-либо месту происхождения просто не может быть применена к людям, чья естественная родина по своей сути необъятна, охватывая целые водные системы.

Как старая теория появилась? Она была разработана самими лингвистами с использованием моделей, полученных из изучения ориентированных на оседлый образ жизни земледельцев – то есть людей, которые были очень оседлыми, и если они и перемещались, то такие миграции должны были быть преднамеренными. После того как лингвисты 19 века определились с существованием УФ языков, они попытались описать историю их эволюции. Не имея каких-либо археологических данных или знания о поведении сезонных «кочевий» на челнах для охотников-рыболовов-собирателей, они создали историю, которая больше подходит для оседлых сельскохозяйственных народов. Эта модель рассматривала рост населения в небольших регионах, что приводило к отпочкованию групп, которые мигрировали в другие места, а затем через некоторое время отколовшаяся группа вырастала и появлялась еще одна группа.

Эта старая теория была опровергнута – особенно находками эстонских археологов, таких как Рихард Индреко (Richard Indreko)[4] – сделанными на протяжении 20-го века, – но, глубоко укоренившись в учебниках и воззрениях, её трудно вытеснить более реалистической теорией. Иллюстрация старой теории приводится ниже:

Карта 1. Развитие УФ языков. Устаревшая теория «миграций», написанная в 19 веке. Не подтверждается данными археологических исследований 20 века. Эта теория известна так давно, что имелась и тенденция к её пересмотру – но, вплоть до недавнего времени, главным образом, чтобы изменить дату появления УФ племён на Балтике – вместо того, чтобы полностью отвергнуть её. Данная теория не может быть применима к кочевым охотникам-рыболовам, использующим челны, которые преодолевали указанные миграционные расстояния в своих водных бассейнах ежегодно. Лингвистические различия объясняются гораздо проще, если предположить развитие диалектических различий между кочевыми речными племенами, ограниченными соответствующими водными системами: Волги, Камы, Оби, бассейна Балтики.

Никогда не стояло вопроса с точки зрения самих определений в сравнительной лингвистике. Вопрос заключается в применении последней для описания реальных событий.

Первоначальные исследователи пришли к выводу, на уровне лингвистики, о существовании большой изначальной супер-семьи «уральских» языков западной Евразии, которая в дальнейшем разделилась на языковые группы «самоедов» и «угро-финнов». Первые относятся к племенам, живущим в высоких широтах Арктики, изначально охотникам на оленей, ныне оленеводам, которые имеют сильные арктические монголоидные расовые особенности.

Я не оспариваю вывод об общих корнях для обеих групп в некоем общем пра-языке. Вопрос заключается в том, как языки, диалекты, разошлись.

Первоначальная устоявшаяся теория тесной территориальной привязки указывает на их происхождение в непосредственной близости от Уральских гор около 6 000 лет до н.э., а затем исходный язык УФ группы де начал делиться и подразделяться, с каждой отколовшейся группой, мигрировавшей в новое место (см.карту выше).
Вопросы к данной теории бесчисленны, в особенности, если принять во внимание расстояния, которые на лодках-челнах преодолевали охотники-рыболовы-собиратели – например, как это всё ещё наблюдалось в Канаде в 17 веке.

В те времена, когда зародилась изначальная лингвистическая теория тесной географической привязки, похоже, нашёлся только один лингвист, осознавший, что в ней было что-то не так. В 1907 году Хейкки Оянсуу (Heikki Ojansuu) высказал мнение о том, что «УФ племена некогда населяли обширную зону, простирающуюся примерно от района финского озера Ильмаярви (Ilmajarvi), далее вдоль Волги и ее притоков, до регионов Камы и Уральских гор». Он полагал, что охотникам и рыбакам были нужны большие площади для их деятельности (Оянсуу, Oma Maa, 1 (1920), 318-328). Позже ещё один финн, Пааво Равила (Paavo Ravila) поднял вопрос простой дифференциации УФ диалектов, и что географическое распределение УФ языков близко отражает их взаимосвязь, но не сумел развить поставленный вопрос. Позднее ещё один финн, Эркки Итконен (Erkki Itkonen), для снижения противоречия изначальной лингвистической теории данным археологии (которая не обнаружила никаких свидетельств миграции), предложил принять за основу предположение, что УФ племена занимали всю территорию от Урала до Прибалтики с незапамятных времен (Итконен, Oma Maa, 1958).

Тойво Вуорела (Toivo Vuorela) развил эту линию мышления следующим образом (Вуорела, УФ народы, англ. перевод Дж. Аткинсон, 1964): «В этом смысле Итконен склоняется к идее Оянсуу о «неразрывном ареале проживания УФ племён» от Ильмаярви до Урала, и поддерживает взгляд Равила о том, что географическое распределение УФ языков отражает их взаимосвязь». Когда племена охотников-собирателей, нуждавшиеся в обширных пространствах для перемещения, стали возделывать землю, они оказались в большей степени привязанными к определённому региону: «различные группы, которые привыкли жить вместе, оседали в местах своих бывших охотничьих угодий», – и, таким образом, диалекты становились всё более и более изолированными, и на протяжении веков и тысячелетий развились в отдельные языки.

Идея «оседлости племён охотников на их прежних охотничьих угодьях» интересна с точки зрения эстонского и финского слова, обозначающего понятие «семья»: pere/perhe. Осмелюсь предположить, что это слово происходит от PEO-RA  (т.е. pida + rada), что означает «охота, отлов, ловля» + «след, путь, дорога». Каждый род имел свои собственные охотничьи тропы, что также подтверждается изначальными наблюдениями среди алгонкинских индейцев Канады. Так что, когда они становились оседлыми, охотничьи тропы исчезали, а всё, что оставалось –  это род, семья, PEO-RA или pere / perhe.

Другой вопрос, существовали ли УФ языки к западу от Балтийского моря, так как уже к 19 веку их там не было. Конечно, если бы, в подтверждение, один-два УФ языка выжили в Швеции или Великобритании, наука пошла бы совсем другим путём. Однако лишь предания в Норвегии и Швеции говорят о «финнах» на побережье, в лесах и в тундре, при этом учёные предполагают, что скорее всего подразумеваются саамы (лопари).

Тем не менее, и тут тоже был один ученый, не принявший теорию жёсткой привязки к происхождению «с Урала». Немецкий учёный Густав Коссинна попытался поместить родину УФ языков в Северную Германию и Скандинавию (Mannus, I-II Mannus Bibl. 26 (1909-1911).

Примечательно, что в эстонском народном эпосе Калевипоэг[5] (если предположить, что он взят из оригинального фольклора, а не является плодом более поздней переработки), прослеживается намёк, что, возможно, еще в эпоху викингов в Норвегии всё ещё использовалась УФ речь. По преданию у Калева было три сына: один из них стал легендарным Калевипойгом, героем эстонского и финского фольклора, другой стал купцом и отправился торговать в русские земли (имеются в виду, вероятно, Водь (Вотяки) и другие УФ народности, торговавшие на Днепре и Волге), а третий отправился в Норвегию, чтобы «стать воином». 

В основе народной легенды было заложено перечисление всех очевидно связанных УФ народов, имевших «общего родоначальника» – Калева. Персонаж его третьего сына – «норвежского воина» – интересен тем, что [по общепринятой хронологии] во времена 800-1000 гг. нашей эры датские короли постоянно воевали за то, чтобы включить Норвегию в свои владения. В течение двух столетий южная Норвегия и её побережье были зоной конфликта, который требовал постоянных военных подкреплений. Отсюда следует, что как раз в этот период эстонцы являлись родственным народом, постоянно вовлечёнными в войну против датских армий. И, по мысли создателей эпосной легенды, Калев направил одного из своих сыновей «воином» в Норвегию, чтобы стать, в свою очередь, «родоначальником» УФ-говорящего народа на юге Норвегии.

Исторически норвежские и шведские документы говорят о коренных племенах не только как оленеводах, но и как о жителях побережий и лесов – называя их «финнами»[6]. Можно было бы сказать: «Ну это была какая-нибудь народность, связанная с саамами (лопарями)». И всё было бы ничего, если бы саамы говорили на языке, очень отличном от финского, но дело в том, что саамский язык настолько финский по своей природе, что лингвистика включает его в УФ группу и часто даже в подгруппу прибалтийско-финских языков. Все это предполагает, что саамский язык, как и прибалтийско-финские – тесно связаны; а то, что их разделяет – это лишь уровень развития цивилизации: более южные из них (финские и эстонские наречия, а также исчезнувшие языки далее к югу) адаптировались больше и быстрее к земледельческой цивилизации, продвигавшейся с юга, в то время как более северные из них (в частности, саамcкий язык) оставались относительно примитивными из-за большей изоляции.

Далее, правильно ли ограничить западную границу Скандинавией? Так как археология указывает на торговые связи между Норвегией и северной Британией (т.е. с пиктами)[7], мы можем расширить понятие угро-финнов в том числе до пиктов. О торговых связях между пиктами и восточным побережьем Балтийского моря свидетельствует англосаксонский ученый монах преподобный Беда (Venerable Bede)[8], который писал в своей знаменитой истории Британии, что пикты пришли на длинных лодках «из Скифии». В то время под «Скифией» понималось всё восточное побережье Балтийского моря и регионы далее за ним. Торговцы из Большой Эстонии[9] прибывали на британское восточное побережье и, как засвидетельствовано, говорили на языке, похожем на язык принимавших их пиктов.

Таким образом, альтернативные точки зрения, которые сейчас кажутся более правильными, были известны среди ученых давно. Однако отдельные голоса заглушались теми, кто выдвигал идею однозначно уральского происхождения и последующих «миграций на запад».
УФ языки – новый взгляд

Уже примерно с 1950-х годов археологи, не найдя никаких доказательств миграции с востока на запад или подтверждения теории жёсткой территориальной привязки, начали оспаривать устаревшую теорию. Известный эстонский археолог Рихард Индреко, например, писал, что археологические свидетельства, напротив, показывают движение археологической культуры в противоположную сторону – с запада на восток. Однако тенденция была к пересмотру устаревшей теории, но не отречению от неё. В археологии было засвидетельствовано движение с востока на запад гончарных изделий с гребнеобразной маркировкой (т.н. «культура гребенчатой керамики»). Может быть, это указывает на миграцию, посчитали одни. Рихард Индреко ответил на это предположение, указав, что движение предметов культуры само по себе не означает миграцию. Оно может означать просто движение новой культуры путем установления контактов между родственными УФ племенами. Позднее оно могло быть и результатом торгового обмена.[10]

Но никто не указал на основную проблему в любой теории миграции: образ жизни охотников-рыболовов, передвигавшихся на челнах. Живя в Канаде, я заинтересовался алгонкинскими коренными племенами, которые жили похожей жизнью охотников-рыболовов, перемещаясь на каноэ, в схожей северной среде. Я увидел в них хорошую модель для того, как могли развиться древние УФ языки. В этой алгонкинской языковой семье языковые различия – какими европейцы нашли их в 16 веке –соответствовали водным бассейнам: разный язык в каждом бассейне, с подразделением более крупных языков на диалекты. Причина – в перемещениях на каноэ. Это были речные, «лодочные народы». Племена, зависящие от челнов, перемещаются раз в пять дальше, нежели племена, кочующие пешим ходом, но при этом имеют тенденцию оставаться в рамках водного бассейна, где их лодки в состоянии перемещаться. Таким образом, в каждой водной системе формировался свой собственный суб-диалект более крупной культуры. Одним словом, охотники-рыболовы, осуществлявшие сезонные плавания на далёкие расстояния на своих челнах, не имели определённого оседлого места проживания, но были связаны естественными границами, где их лодки могли легко пройти, т.е. были связаны границами водных бассейнов. 

Когда европейцы появились в Северной Америке вначале 17-го века, они обнаружили там племена кри (Cree) в водном бассейне Гудзонова залива, оджибва (Ojibwa) в водном бассейне Великих озёр, алгонкинов (Algonquins) в водном бассейне реки Оттава, монтанских иннуитов (Montagnais Innu) в водном бассейне реки Сагенай и лабрадорских иннуитов (Labrador Innu) в водах нынешней реки Черчилль. Я показал это на карте Северной Америки ниже.

Карта 2. Алгонкинские языки в 17 веке. Идеальная модель для ранних УФ речных охотников-собирателей (языковые различия связаны с естественным диалектным развитием внутри водных систем). Алгонкинские коренные племена лесистой области восточного квадранта на северо-востоке Северной Америки были охотниками-собирателями-рыболовами, ведшими сезонно-кочевой образ жизни с использованием каноэ для передвижения. Их языковые различия привязаны к границам водных бассейнов. Вероятная история их развития заключается в их быстром продвижении вверх по рекам от Атлантики, позволившем освоить эти земли; затем же началось постепенное расхождение диалектов в соответствии с возможностью передвижения по воде в границах водных бассейнов. 

Если мы применим эту же модель к Северной Европе, ко всему региону, заселённому, по свидетельствам археологии, ориентированными на передвижение в челнах племенами охотников-рыболовов, мы приходим к следующей карте:

Карта 3. Развитие УФ языков. Теория распределения диалектов по протяжённости водных систем (удовлетворяет лингвистическим доказательствам, поскольку лингвистические и географические расстояния соответствуют друг другу). Кочевые речные охотники-собиратели-рыболовы поддерживают лингвистическую общность на огромных территориях, но за тысячелетия диалектические различия усиливаются, в основном распределяясь в соответствии с границами водных путей. УФ корни лучше всего рассматривать в рамках передвигавшихся на челнах племён охотников-собирателей, живших в одинаковой среде, и разделение их языковой семьи также связано с границами водных бассейнов. Дальнейшие деления УФ языков, однако, более молодые, так как языки далее подразделялись по мере перехода на оседлый образ жизни и земледелие. Но изначальное положение, подобное наблюдавшемуся у алгонкинских племён, очевидно. Обратите внимание, если предположить, что УФ языки охотников-собирателей-рыболовов были распространены и дальше на западе, то и там должны были иметься диалектные ареалы, например, в водных бассейнах Вислы и Одера.[11]

Карта демонстрирует, что деление УФ языков связано с водными бассейнами (Балтийский, Волжский, Обский, и т.д.), и очевидно, что имели место не миграции, а скорее постоянные сезонные кочевые перемещения речных племён, в привязке к бассейнам рек, и лингвистические различия соответствовали естественному разделению по водным системам, в рамках которых эти кочевые речные племена передвигались.

Подытоживая, языки развивались тем же путём, что и диалекты – с изначальным языком, охватывающим большую площадь, и с географическими условиями, вызывавшими локализацию. Далее, по мере перехода кочевых угро-финнов к земледелию, каждый из основных диалектов базовой водной системы начинал подразделяться между сельскохозяйственными зонами.
Заключения

Археологи всегда говорили об очевидном – по мере того, как после ледникового периода климат становился теплее, европейская цивилизация расширялась. Последние генетические исследования также указывают на то, что УФ народы в своей основе европейцы. Таким образом, только сейчас УФ языки и традиции начали рассматриваться с точки зрения истории Европы. Теперь легче признать, что угро-финны происходят от изначально ориентированных на передвижение в челнах охотников-рыболовов Северной Европы. Многие пока лишь не в состоянии осознать характер таких племён. Однако хорошее представление о них можно получить, если рассмотреть образ жизни алгонкинских племён северо-восточной части Северной Америки – охотников и рыболовов, которые так же кочевали на лодках – каноэ, так же жили в северной лесистой области, полной водных путей. Кроме того, мы можем видеть, как пришедшие в Америку европейцы повлияли на них, с южных до северных областей, начиная с 17-го века. Легко заметить, что то же самое происходило несколько ранее в Европе, возможно лишь более замедленными темпами, поскольку технологии и рост населения в цивилизованных частях Европы не продвигались в том же быстром темпе, как в последние несколько веков.

Давайте рассмотрим, что произошло в Северной Америке. Северная Америка была наводнена европейцами в период с 17-го по 20-й век, и история ясно показывает, каким образом это повлияло на аборигенные племена. В основном европейские поселенцы были фермерами, и регионы, где коренные народы вытеснялись или ассимилировались в первую очередь, были те области, которые наиболее идеально подходили для ведения сельского хозяйства. Болота, скалистые склоны, кислые каменистые почвы, горы и холодные северные климатические зоны были местами, куда европейские переселенцы устремлялись не сразу, и именно там аборигенные племена нашли на время своё убежище. Постепенно европейские поселенцы двигались и в бедные земли, в результате чего коренные народы могли выживать уже только в самых неблагоприятных местах, в частности, на крайнем севере.

Сегодня родные языки и культура выживают наиболее успешно в Канаде, в первую очередь из-за холодного северного климата, который препятствует развитию земледелия. В то время как в США сегодня можно найти лишь очень незначительные очаги национальных культур (как правило, в пустынных районах), в Канаде вся северная её часть значительно заселена аборигенными племенами, то есть людьми, которые до сих пор идентифицируют себя как коренные народы и даже говорят на своем родном языке (кри, дене, инуиты, и т.д). 

Ученые в Северной Америке, занимающиеся вопросами развития Европы, поэтому более склонны принять теорию, что, возможно, саамы и финны Северной Европы могут быть, по аналогии, остатками первоначальных коренных народов Европы. Это почти очевидно. Но взгляды ученых пока недостаточно широки. То, что требуется, это представить себе образ жизни коренных народов по всей Северной Европе, на который в дальнейшем повлиял приход новых культур и новых методов, начиная с регионов, наиболее подходящих для ведения сельского хозяйства. Мы не просто имеем дело с вымиранием саамов на Скандинавском полуострове, с юга на север – выживших сегодня только на крайнем севере и в горах Норвегии – но и в Северной Европе в целом. Как мы можем обрисовать границу только по Скандинавии? Это были речные племена, отпачковавшиеся от культуры Маглемозе, и вода не была препятствием – совсем наоборот, вода способствовала их перемещениям и расширению ареала, и очевидно, что эти племена распространились на восток и на юг, всюду, где находились водные пути, чтобы нести их и их выдолбленные из дерева (или на севере – кожаные) челны.

Если это происходило в Канаде по отношению к алгонкинам, ассимилированным с юга на север, то почему аналогичные процессы не могли происходить в ранней Европе?

Таким образом, простой факт, что земледельцы вытесняют аборигенных охотников-собирателей-рыболовов с юга на север и с плодородных земель в бедные кислые болотистые земли, приводит к выводам, что, вполне возможно, язык предков УФ народов был изначальным языком континентальной Европы. И даже принимая во внимание перемещение культуры по водным путям – так как речные племена сезонно кочевали по обширным территориям, – то именно это обусловливает культурное влияние на естественный ход контактов, а не какие-либо переселения на новое постоянное место обитания. Я не говорю о фермерах, которые пакуют свои повозки и переезжают. Речь идет о племенах, которые в северных условиях жили родами (кланами), которые каждый год перемещались по территории диаметром в несколько сотен километров, и о племенах (группы по 4-6 родов), где общий диаметр ежегодных перемещений мог достигать и  1 000 миль (размах сезонных миграций мог быть и еще больше, как у жителей побережий). Все это, конечно, подходило к концу, когда эти племена создавали постоянное поселение, даже оставаясь по-прежнему охотниками-рыболовами; ну а когда их род деятельности становился в основном сельскохозяйственным, то диапазон их перемещений уменьшался вплоть до радиуса, возможно, всего в 50 км. 

Устаревшая лингвистическая теория о происхождении УФ языков, описывая их происхождение в узком месте недалеко от Уральских гор, оказала миру науки большую медвежью услугу. Более ста лет ученые полностью игнорировали УФ языки в исследованиях доисторической Европы просто потому, что им сказали, что этих языков там не было, что они были на востоке.

Факты говорят о том, что истоки УФ языков были не просто в континентальной Европе, но и представляют собой исконные основы европейской цивилизации. Земледельческие культуры и, в конце концов, «Индо-Европейские» культуры пришли в Европу волнами, и ассимилировали местное население во многом таким же образом, как европейские культуры сделали это в Северной Америке начиная с 16 века. Следует отметить, что в более поздней истории не происходило миграций, но скорее имели место военные завоевания, начиная с Римского завоевания Европы и создания Римской империи. Когда Римская империя рухнула, германские и славянские державы приняли римские методы завоевания и управления, и это является основной причиной того, что изначально УФ-язычные регионы сейчас говорят на германских или славянских языках. Судьба УФ культур оказалась похожей на судьбы коренных народов Северной Америки, абсорбированных в новые культуры, введенные новыми пришельцами, или навязанные военными завоевателями, за исключением регионов, наиболее удаленных от влияния цивилизации. Отличие между Северной Америкой и Европой лишь в том, что в Европе это происходило гораздо более постепенно.

© A. Paabo 2003-2006-2009 

Комментарии:

[1] К заголовку UI • RA • LA Пяябо привёл выделенные жирным цветом значения. Ниже мы выделили родственные слова в «угро-финских» языках и возможные родственные слова в И.-Е. языках:

UI [УЙ] – ИДТИ ПО ВОДЕ (ujuma, ujuda (эст.), ujua (водск.), uida (фин.), ujjuua (ижорск.), uivada (чудск.), uidua (карельск.), ujuda (вепсск.), vuodjat (саамск.), ujems (эрзянск.), ujəms (мокшанск.), ijaš (марийск.), ujani̮ (удмуртск.), ujni̮ (коми), üj (юж.-хант.), uji (мансийск.), uszik (венг.), ŋū (нганасанск.), ū (секульпск.) – «плыть, грести»); ср. way [уэй] (англ.) – «путь».

RA [РА] – ПУТЬ (rada, raja (эст.), radā (ливск.), rada (ижорск.), rata (финск., карельск.) – «тропа, путь, дорожка, след»; ср. road (англ.) – «дорога»; route [рут] (англ.) – «путь, направление»; ср. trad (шв.), Trade (ниж.-нем.), trade (англ.) – «тропа, путь», также «торговля»; ср. strata (лат.), strada (ит.), straat (нидерл.), stråt (шв.), sträde (дат.), Strasse (нем.), street (англ.) – «дорога, улица»).

LA [ЛА] – ТЕРРИТОРИЯ, МЕСТО (cуффиксное окончание -LA в «прибалтийско-финских» языках указывает на то, что речь идёт о территории – то же, что и -MAA (земля, территория). Напр, в финском kanala – курятник, kahvila – кафе, ravintola – ресторан; в эстонском vangla – тюрьма, hailgla – больница, sökla – столовая, tagala – тыл, katmikala – защищённый, закрытый грунт, и т.д.).

[2] Алгонки́ны — группа коренных народов (индейцев) Северной Америки, родственных по языку. Алгонкины с древности расселялись в районе Великих озёр, провинция Онтарио в Канаде. https://ru.wikipedia.org/wiki/Алгонкины_(группа_народов)

[3] МАГЛЕМОЗЕ (Maglemose) – археологическая культура эпохи мезолита (7-5-е тыс. до н. э.) на территории скандинавских стран, Великобритании, севера Германии. Названа по поселению у г. Муллеруп (Дания). Орудия из рога и кости, микролиты. Хозяйство: собирательство, охота, рыболовство. http://dic.academic.ru/dic.nsf/enc3p/185174

[4] Рихард Индреко (1900–1961) – один из основателей современной археологии Эстонии https://en.wikipedia.org/wiki/Richard_Indreko

[5] Калевипоэг, Kalevipoeg – досл., «сын Калева».

[6] Сами финны себя называют суоми (Suomi), а финнами (или венедами) прибалтийские финны до сих пор, похоже, называют русских, вероятно, помня, что на Руси и вплоть до провинции Венето в Италии (т.е. на юге: etelä [этеля] (фин.) – «юг») использовались УФ языки. Venäjä [веняйя] (фин.), Venä [веня] (карельск., вепсск.), Venemaa [вене ма] (сев.-эст.), Vinnemaa [винне ма] (юж.-эст.) – Россия – или «челночная земля»: vene [вене] (эст., фин., кар., вепсск.) – «челн, лодка-однодеревка» + maa [ма] (эст., водск., фин., ижорск.), mō (ливск.), mua (карельск., чудск.), ma (вепсск.) – «земля». Окончание то же, что было заложено и шведами в названии сегодняшней Финляндии (land [ланд] (шв., нем., англ.) – «земля»), а также испанскими конкистадорами в названии Венесуэллы (suelo [суэло] (исп.) – «земля»). 

Общепринято этноним «финны» связывают не с прибалтийско-финским vene («челн, лодка-однодеревка»), а с германскими словами с похожими значениями – описывающими образ жизни «челночного, лодочного народа» – рыболовов-охотников без постоянного оседлого места обитания. В частности, с finna [финна] (шв.), finden [финден] (нем.), find [файнд] (англ.) – «находить, собирать»; Fang [фанг] (нем.) – «ловля, улов», fangen [фанген] (нем.) – «ловить, поймать»; wander [вэнда] (англ.), vandra [вандра] (шв.) – «бродить, странствовать» http://www.sgr.fi/ct/ct51.html 

«Челночный» образ жизни был, очевидно, связан и с торговлей, что находит отражение и в романских языках, напр., в глаголе vendere [вендере] (ит.) – «торговать, продавать». Также интересны различные варианты названия лодок и судов, явно связанные с перевозимыми ими добычей и товарами: 

•    loode, loot [лоде, лот] (эст.) – «плод, добыча»; loot [лут] (англ.) – «добыча, награбленное»; laad, ladu [лад, ладу] (эст.) – «склад, товары»; lade, load [лейд, лоуд] (англ.) – «грузить» <=> lootsik [лотсик, лодциг] (эст.) – «лодка»; lodja [лодья] (эст.) – «баржа, лодья, ладья»; 

•    booty [бути] (англ.) – «добыча, трофеи, награбленное добро» <=> boat [боут] (англ.) – «бот, лодка, корабль»;

•    varor [варур] (шв.), Waren [варен] (нем.), ware [веа] (англ.); waru [вару] (старо-англ.) – «товары»; varu [вару] (эст.) – «запас, резерв»; varuga [варуга] (эст.) – «с запасом», «с резервом» <=> barca [барка] (ит.) – «баркас, баржа»;

•    handle [хэндл] (англ.), handel [хандель] (нем.), handla [хандла] (шв.), гандаль (белорусск.) – «торговать, торговля» <=> gondola [гондола] (ит.) – лодка, с которой изначально торговали (а не на которой перевозили туристов) в Венеции;

•    vendere [вендере] (ит.) – «торговать» <=> vene [вене] (эст., фин., кар., вепсск.) – «челн, лодка».

При этом корень [вен, венд] явно распространился и на братские кровные узы: vend, venna [венд, венна] (эст.) – «брат», vän [вэн] (шв.) – «друг». Поэтому и Финляндия, и Venemaa, Vinnemaa (Россия), и «далёкие» Винница, Вена, Венето и Венеция – это ещё и изначально «братские, дружеские» территории, связанные воедино «кровеносными», или венозными системами речных водных путей (и, вероятно, единым языком).
Заслуживают внимания и варианты происхождения названия Русь. Одно из общепринятых объяснений связывают с тем, как финны и эстонцы называют шведов: ruotsi [руоцы] (фин.), rotsi [роцы] (эст.) – досл., «гребцы», по легенде спустившиеся вниз по Днепру и основавшие русское государство. Однако в эст. имеется и слово, звучащее точно как Русь: rusi(ka(s) [русь(ка(с)] – досл., «кулак», а перен. «власть, гнёт, нажим, насилие, давление», «военная сила» (ср. описание Нестора в ПВЛ: «и взяли с собой всю РУСЬ» - вероятно, «кулак, военную силу, войско») См. подробнее: http://new-etymology.livejournal.com/4341.html .

[7] В соответствии с наиболее распространенной гипотезой, пикты являлись остатками доиндоевропейского населения Европы. https://ru.wikipedia.org/wiki/Пикты

[8] Бе́да Достопочтенный (Досточтимый; лат. Beda Venerabilis, англ. Bede the Venerable, др.-англ. Bǣda или Bēda) (ок. 672 или 673 — 27 мая 735) — бенедиктинский монах в Нортумбрии (современный Джарроу). Написал одну из первых историй Англии под названием «Церковная история народа англов» (лат. Historia ecclesiastica gentis Anglorum, англ. Ecclesiastical History of the English People), которая принесла ему славу «отца английской истории» https://ru.wikipedia.org/wiki/Беда_Достопочтенный

[9] «Упоминания эстов у античных авторов столь кратки, что точно определить ареал их расселения не представляется возможным». «Aestii вблизи Вислы (соседи видивариев) — народ, упомянутый Тацитом в трактате «О происхождении германцев и местоположении Германии». https://ru.wikipedia.org/wiki/Эсты

[10] Культура гребенчатой керамики была распространена повсеместно, и торговые обмены в её период (примерно 2-4 тыc. лет до н.э.) происходили по всем направлениям: «Археологические памятники, относящиеся к культуре гребенчатой керамики, можно найти во всех странах восточного побережья Балтийского моря: от северной Финляндии до Восточной Пруссии, а частично и на территориях, расположенных восточнее. Между отдельными регионами уже существовали тесные связи. Так, например, янтарь с юго-восточного побережья Балтийского моря встречается во многих местах, даже в поселениях культуры гребенчатой керамики, находившихся в Северной Финляндии. Орудия труда, изготовленные из сланца, полученного в окрестностях Ладоги или в Финляндии, а также из кремния с верхнего течения Волги, обнаруживают при археологических раскопках в южной части Прибалтики. Относительно близкие к культуре гребенчатой керамики археологические культуры были обнаружены археологами и в восточных районах, вплоть до Урала».

При том, что распространение культуры вовсе не свидетельствовало о миграциях и/или их направлении, тут же приводится постулат о том, что, «по мнению языковедов, пра-родина финно-угров находилась где-то между рекой Камой и Уральскими горами» (ИСТОРИЯ ЭСТОНИИ, учебное пособие. 1996, 1997 Айн Мяэсалу, Тынис Лукас, Мати Лаур, Тыну Таннберг, изд-во «Авита»).

[11] Одинаковые названия рек (гидронимы) встречаются на территориях, окрашенных на карте 3, на очень большом удалении друг от друга. Названия рек могли служить «челночным племенам», «лодочным народам» навигационными ориентирами. Многие из названий рек предупреждают об особенностях навигации на языке, который должен был быть понятным сезонно мигрировавшим охотникам-рыболовам и в дальнейшем купцам и торговцам, державшим путь по огромным по протяжённости водным системам:

•     «порожистая» – предупреждая не идти без опытного лоцмана (напр., р. Нарова на границе территорий эстов и води – ср. narvaine [нарвайне] (вепсск.) – «порог»);

•    «мощная» – предупреждая о характере реки (напр., Воймега под Москвой – ср. voime [войме] (эст.) – «мощь, силища»);

•     «поточная», «с течением» – говоря о возможности сплава по сильному течению (напр., р. Волга, р. Волхов – ср. vool [вол] (эст.), vuo [вуо] (фин., карельск.), voulas [вуолас] (чудск.), volaz [волаз] (вепсск.) – «течение, поток»; р. Вишера в Коми, р. Вишера в Пермском крае, р. Вишера под Вел. Новгородом, р. Висла в Польше, р. Везер (Weser) в Германии – ср. võõs [выйс, вийc] (эст.) – «течение, поток»).

•     «с водоворотами» – предупреждая об опасностях (напр., р. Свирь, соединяющая Онегу и Ладогу, р. Svirė в Литве, р. Świrzanka в Польше, р. Świrz, приток Днестра в Галиции, р. Сквирка (приток реки Рось в Украине), р. Сквира в Брянск. обл., Cквирня, приток Дона – ср. võreng [выренг, виренг] (эст.), veranko [веранко] (фин.) – «омут, водоворот»; ср. также с вiр (белорусск.), wir [вир] (польск.), vír [вир] (чешск., боснийск.), вир [выр] (украинск.), Wirbel [вирбель] (нем.), swirl [свирль] (англ.) — «омут, водоворот»;

•    «проточная» – сообщая о наличии протоки, соединения, например, между озёрами или водными путями (напр., Ухта, Охта, Вологда – ср. uht [ухт] (эст.) – «протока, соединение»; uht(ма) [ухт(ма)] (эст.) – «омывать, промывать, размыть»; ühe [юхе, ухе] (эст.) – одно-, едино-; ühine, ühtne [юхине, ухине, ухтне] – общий, единый, целый; ühine(ma) [юхине(ма), ухине(ма)] (эст.) – объединиться, сплотиться, соединиться, слиться; ühis [ухис] (эст.) – общий; ühita(ma) [ухита(ма)] - совмещать; ühte [юхте, ухте] - вместе, воедино; ühti(ma) [юхти(ма), ухти(ма)] (эст.) – совпасть, соединиться, сойтись; ühtsus [юхтсус, ухтсус] (эст.) – единство, общность, целостность, сплочённость, спаянность; ср. yhtes [ухтес] (вепсск.) – вместе, yhthine [ухтине] (вепсск.) – общий, yhteta [ухтета] (вепсск.) – соединяться, yhtistuda [ухтистуда] (вепсск.) – объединяться, соединяться, yhtistai [ухтистай] (вепсск.) – союз; yhtistuz [ухтистуз] (вепсск.) – соединение, связь, и т.д.);

•     «низинная, текущая по низине, по равнине» – сообщая спокойном характере реки, идеальном для судоходства (напр., р. Növa на западе Эстонии, р. Нева, соединяющая Ладогу и Финский залив, р. Нейва на Урале – ср. nõo [ныо] (эст.), noko [ноко] (фин.) – «низина, низменность, пустошь»). Примечательно, что египетский Нил (греч. Νείλος, лат. Nilus) связывают с семитским словом nahal [наал] – «долина» – практически с тем же значением, что и nõo [ныо] (эст.) – «низина, низменность, пустошь» https://ru.wikipedia.org/wiki/Нил .

Окончание –ВА в названиях рек общепринято связывают с УФ словом «ВОДА»: vesi, vee [вези, вее] (эст.), ve’ž [веж] (ливск.), vetelä [ветеля] (фин., ижорск.), vezi [вези] (карельск., вепсск.), veži [вежи] (чудск.), veď [ведь] (эрзянск., мокшанск.), vu [ву] (удмуртск.), va [ва] (коми), wit [вит] (манскийск.), víz [виз] (венгерск.). Ср. water [воте] (англ.), шв. vatten [ваттен] (шв.), Wasser [васэ] (нем.) – вода.

Окончание –ГА в гидронимах связывают с УФ словом «РЕКА» (jõgi, jõe [йыги, йые] (эст.), joki [йоки] (фин.), jogi [йоги] (карельск., вепсск.), jokkâ [йокка] (саамск.), jæha [йэха] (ненецк.), juha, joka [юха, йока] (в реконструируемом муромском), йог, ега, юк, йуг (в реконструируемом мерянском), йогын (в марийск.).

Следует отметить, что –ВА и –ГА также являются чёткими УФ падежными окончаниями, связанными с движением. В эст. jõgi [йыги] – «река», juha [юха] – «проток», juga [юга] – «порог, водопад», образованы от jõu [йыу, йоу] (эст.) – «сила, мощь, энергия» +GA – окончание «присоединительного», или «орудийного» падежа (ответ на вопрос: «с чем, с помощью чего» – прежде всего «двигаясь с помощью чего»), и jõuga (jõgi, juga) – досл., «с силой», или «с [движущей] энергией». Ср. sõida laevaGA [сыйда лаеваГА] (эст.) – «двигаясь на корабле, с помощью корабля», sõida teljaGA [сыйда тельяГА] (эст.) – «двигаясь на оси, с помощью оси». Аналогичный падеж с окончаниями –ГА, –КА и также –ВА имеется и в поволжских УФ языках: мордовском, эрзянском, реконструируемом муромском – т.н. «проходной» падеж – ответ на вопрос: «по кому? по чему?», подразумевая перемещение внутри или по поверхности объекта. В муромском языке, например, jakams vir’GA [якамс вирьГА] – «бродить по лесу»; jakams vir’t’n’eVA [якамс вирьтнеВА] – «бродить по лесам». Соответственно, voolGA [волГА] могло дословно означать «[двигаясь] c потоком, c помощью течения, по потоку», voimeGA [воймеГА] «[двигаясь] c мощью, c силищей», нароВА – «[двигаясь] по порогам», неВА, нёВА, нейВА – «[двигаясь] по низине».

Отметим также, что в горно-марийском языке «уральской» семьи ӓнгӹр [ангыр, энгыр] – «река»; в луговом марийском (один из вариантов) «река» – энер. Однако то, что вывели лингвисты в качестве «этимологии» для слова «энергия» - можете посмотреть здесь: http://www.etymonline.com/index.php?term=energy 

Примечательно также, как бедно в настоящее время рассмотрена этимология таких повседневно используемых глаголов как ВОДИТЬ, ВЕСТИ, ВОЗИТЬ, ВЕЗТИ. В своём этимологическом словаре Макс Фасмер, до сих пор являющемся одним из наиболее авторитетных, привёл сравнение данных глаголов с однокоренными глаголами в славянских и других языках. Этимологию ВОДИТЬ и ВЕСТИ Фасмер связал с... выданьем невест для женитьбы http://www.classes.ru/all-russian/russian-dictionary-Vasmer-term-2009.htm , а для ВОЗИТЬ и ВЕЗТИ и вовсе не стал озадачиваться происхождением слов: http://www.classes.ru/all-russian/russian-dictionary-Vasmer-term-2031.htm . Сравнение со словом ВОДА (равно как его другими славянскими, германскими и УФ аналогами), Фасмер не привёл, как если бы не было известно, что именно ВОДНЫЕ ПУТИ издревле были едва ли не единственным вариантом перемещений, и реки ВЕЛИ, ВЕЗЛИ, ПЕРЕВОЗИЛИ тысячелетиями людей и их добычу и товары. Интересно, что уже от jõgi [йыги] (эст.) – «река», juha [юха] (эст.) – «проток», в самом эстонском образовалось слово juhti(ma) [юхти(ма)] – «вести, предводительствовать, руководить» (напр., väejuht, väepealik [вяе юхт, вяе пеалик] – «воевода»).

Примечательно также происхождение названий рыб в европейских языках – общепризнанно их связывают с именами в УФ языках – несмотря на то, что нынешний ареал распространения языков бывших речных племён, «лодочных народов» сузился в десятки и десятки раз (до того, что мы видим на наивной карте 1), да ещё и сам язык, по официальной версии, «зародился где-то у Урала», и уже сложно представить, что на УФ и родственных им языках могли говорить на настолько обширных территориях (как минимум как на карте 3), и что они могли оставить столь значительный отпечаток в нынешних европейских языках. См., тем не менее, яркий ряд примеров с изначально УФ названиями рыб здесь: http://rus.stackexchange.com/questions/46926/Названия-рыб/46951#46951

Перевод: Валерий Карпов, историк и публицист 
Послесловие и комментарии: Николай Славянинов 


Послесловие.
Андрес Паабо (Пяябо) (Andres Pääbo) – канадский художник и исследователь.

Андрес Паабо (Пяябо) (Andres Pääbo) – канадский художник и исследователь, уже более 15 лет занимающийся историей коренных народов Европы и Северной Америки и их языков; расшифровавший, с помощью финского и эстонского словарей, надписи, относимые к языку венедов, в том числе на глиняных сосудах в античных термах в итальянской провинции Венето, на учебных табличках из медной фольги, на надгробных камнях в Уэльсе. 

Пяябо поднимает интереснейшие вопросы и предлагает нестандартные ответы. Пяябо считает несостоятельной общепринятую идею о зарождении «угро-финских» языков в районе Урала в 6-м тысячелетии до н.э. и склонен считать, что родственные им языки могли использоваться в Северной Европе и континентальной её части с незапамятных времён, и предшествуют т.н. «индо-европейским языкам» (далее – И.-Е.).

Как и на пути любого исследования, появляется и масса нерешённых вопросов. В частности, Пяябо, к сожалению, не рассматривает, каковы были связи «угро-финнов» с народами, говорящими на языках «алтайской» группы (татарскими, тюркскими народами, жившими издревле бок о бок с «угро-финнами», и имевшими похожие культы и верования, до мусульманизации и христианизации, и также имеющими ту же структуру языка, что и в языках «уральской» группы – один грамматический род и активное регулирование падежными окончаниями, суффиксами и послелогами – равно как и большое количество родственных слов) – и выброшенными учёными, как и «уральские» языки, из исследований доисторической Европы.

Не адресует Пяябо и вопрос, почему в «уральских» языках многое тесно переплетено с вроде бы «далёкими» семитскими языками. Ставит, но избегает развития вопроса о возможном изначальном использовании «угро-финских» или родственных им языков на территориях не только континентальной Европы, но и всего Средиземноморья, до появления И.-Е. языков. Пяябо лишь приводит пример с названием гор Олимп (высшие горные вершины в Греции и на Кипре), указывая, что в эстонском ülim pea и означает «высший пик», «высшая голова», но считает «количество таких примеров недостаточным».

И.-Е. языки и их распространение Пяябо связывает с развитием «земледельческой культуры» и её продвижением с юга на север, а также со «славянскими и германскими завоеваниями». Пяябо не исследует вопрос появления самих И.-Е. языков (имеющих, в отличие от «уральских» и «алтайских» языков, как правило, 3 крайне неестественных грамматических рода (санскрит, греческий, латынь, церковно-славянский, немецкий), либо 2 – в упрощённых вариантах (романские и скандинавские языки) и регулирование с помощью предлогов и приставок). Пяябо также не сравнивает, к сожалению, распространение И.-Е. языков со временем создания и экспансии новых религий (в частности, христианства – для продвижения которого требовалось составление новых литературных языков и письменности, перевода на них Библии и других священных текстов, что включало, в том числе, искусственное создание многих новых слов на базе использовавшегося в устной народной речи более простого и немногосложного «уральского», «алтайского», семитского, картвельского и других лексиконов).

Не подверг критике Пяябо, к сожалению, и создание, на протяжении последних двух столетий, надуманных словарей гипотетических «прото-» и «пра-» корней (гипотетического «пра-славянского языка», «прото-германского языка», «пра-Индо-Европейского языка» и др.), и крайне неуклюжее составление этимологии из несвязанных слов в греческом и латыни – оказавшие не меньшую медвежью услугу для науки, чем теория о зарождении «угро-финских» языков на востоке, в районе Урала. И гипотетические «прото-» словари, и напечатанные этимологии, и «уральскую» гипотезу теперь чрезвычайно сложно отбросить в силу заполонённости ими всей научной литературы.
Мы надеемся, что эти и другие вопросы будут адресованы Пяябо и его последователями.

Николай Славянинов. СПб, май 2016.

Мнение редакции Merjamaa может не совпадать с мнением автора.

Категория: Новости Мерянии | Просмотров: 1789 | Добавил: merjanyn | Теги: лингвистика, каменный век, Реки, история, древняя Европа, Языкознание, бронзовый век, ранний железный век, финно-угры | Рейтинг: 5.0/10
Всего комментариев: 7
avatar
1
7
Эта гипотеза прекрасно сочетается с последними исследованиями в области палеогенетики. Все мезолитические европейские охотники-собиратели имеют в основе своей финский аутосомный компонент. Первая волна пришельцев (точнее две волны) - земледельцы Ближнего Востока, пришедшие в Европу через Балканы, их наследники - все циркум-средиземноморские народы, а их кровь течет во всех европейцах, снижаясь до нуля у финнов.
Вторая волна пришельцев относится к Бронзовому веку и относится к степным кочевникам Евразии, маркируемым Ямной культурой. Они же, сами по себе - смесь северо-восточных европейских охотников, кавказских охотников и пришлого земледельческого населения Ирана.
avatar
0
6
после слов "обосновавшись среди первобытных лопарей" желание читать статью отпало напрочь...да,уж...

да не очень самокритично, попробуй тут выразиться о том как более развитые и цивилизованные, в определенный период истории, славяне заселялись среди диких ФУ племен, несли культуру и веру, в том числе христианскую, так закидают тапками  smile
avatar
3
5
>"На протяжении многих лет ученые «решали» эту проблему, предполагая, что первоначальные племена были «финнами».  Другие, что все языки "тюркоязычные". Всю евразию заселяют потомки чингизхана от Пекина до Вены. Угро-финны от Камчатки до Вены. НЕМИНУЕМА конфронтация и война между ними за наследство."

НЕМИНУЕМА - ПОКА В НАУКЕ НЕ СОГЛАСЯТСЯ, ЧТО УФ И ТЮРКСКИЕ ЯЗЫКИ - РОДНЫЕ БРАТЬЯ! И по грамматической структуре - 1 грамм. род, регулирование с помощью суффиксных и падежных окончаний и послелогов, отсутствие предлогов и приставок - и по лексическому составу. Независимо от того, к какой расе относились те или иные племена - монголоидной или европеоидной!

В начатом исследовании постоянно обращаюсь как к УФ, так и тюркским словарям. Вот, просто из последнего: есть у нас славянский глагол ТОПИТЬ. И никто не понимает, почему он применяется к вроде бы таким разным вещам как затопление водой, и затапливание печи (разведение в ней огня).

Открываем эстонский словарь, находим:

topp, topi [топ, топи] (эст.) – затычка, тампон,кляп, утолщение; toppa(ma), topa(ta) [топа(ма), топа(та)] (эст.) – застрять,
застопориться, задержаться, приостановиться; toppi(ma), toppi(da) [топи(ма),
топи(да)] (эст.) – набивать, всовывать, засовывать, пихать, втискивать,
заделать, заткнуть, законопатить; toppimis [топимис] (эст.) – набивочный,
набивной; tops, topsu; tups, tupsu [топс, тобзу; тупс, тубзу] (эст.) – помпон;
topis, topise [топис, топизе] (эст.) – чучело, набивка, затычка, тромб (в
венах); topista(ma), topista(da) [тописта(ма), тописта(да)] (эст.) – набивать,
набить, затыкать; topistu(ma), topistu(da) [тописту(ма), тописту(да)] (эст.) – набиваться,
набиться, затыкаться; topistus, topistuse [топистуc, топистузе] (эст.) – закупорка.

Далее открываем вроде бы столь "далёкие" казахский, турецкий словари, и находим... практически то же:

top [топ] (тур.) - 1) мяч, кусок материи; 2)совокупность, все, всё; toplu [топлу] (тур.) - собранный, массовый,
сконцентрированный, сомкнутый, сплочённый; топ (каз.) - 1) мячик, скатанный из
шерсти; 2) толпа, скопление, куча, множество; топан (каз.) – потоп

Собственно, вот отсюда и образовалось церковно-славянское и далее общеславянское топить (как в значении затопить, набить дровами печь, так и в значении затопить водой запруду); и
германское stop [стоп] (англ.), stoppen [штоппен] (нем.) – останавливать – с
приставкой С-, и ещё массы слов из этого же семантического кластера.
avatar
1
4
На протяжении многих лет ученые «решали» эту проблему,предполагая, что первоначальные племена были «финнами». 
Другие, что все языки "тюркоязычные".
Что все от Адама, а другие от Евы.
Всю евразию заселяют потомки чингизхана от Пекина до Вены..
Угро-финны от Камчатки до Вены.
Неминуема конфронтация и война между ними за наследство.
Эта старая теория была опровергнута – особенно находками эстонских археологов…
предложил принять за основу предположение, что УФ племена занимали всю
территорию от Урала до Прибалтики с незапамятных времен.
А культуру несли по миру цыганские народы – дрануданай, да драдануданайцы.
avatar
0
3
Мысль не новая, но актуальная и интересная. Вопрос в другом, как теория  европейского происхождения УФ языков  будет сочетаться с последними исследованиями в области генетики, судя по ним финны и якуты очень близкие между собой народы.
avatar
5
2
1  evg-moldan
"после слов "обосновавшись среди первобытных лопарей" желание читать статью отпало напрочь...да,уж..."

А чё не так-то? Оскорбились на слово "первобытных", штоле?

Первый быт - первоначальный, исходный, коренной, нетронутый, девственный. Никакого уничижения.
Но благодаря таким вот категоричным заявлениям ("отпало напрочь"), подписывающим собственный приговор смыслу написанного, имеем теперь значения слов "первобытный" как примитивный, "замечательный" как прекрасный, а "трахнуть" - так вообще неприлично сказать что такое...
cool
avatar
-3
1
после слов "обосновавшись среди первобытных лопарей" желание читать статью отпало напрочь...да,уж...
avatar
СТАНЬ МЕРЯ!
ИНТЕРЕСНОЕ
ТЭГИ
мерянский Павел Травкин чашечник меря финно-угры чудь весь финно-угорский субстрат Merjamaa Меряния вепсы История Руси суздаль меряне владимир история марийцы Ростов Великий ростов Русь новгород экология славяне топонимика кострома КРИВИЧИ русские Язычество камень следовик камень чашечник синий камень сакральные камни этнофутуризм археология мурома Владимиро-Суздальская земля мерянский язык ономастика Ростовская земля балты городище финны краеведение православие священные камни этнография святой источник общество Плёс дьяковцы Ивановская область регионализм культура идентитет искусство мещёра священный камень народное православие антропология россия Чухлома москва ярославль мифология вологда лингвистика Кологрив Ефим Честняков будущее Унжа вятичи Залесье волга Идентичность футуризм деревня север мерянский этнофутуризм Древняя Русь латвия русский север сакрум Галич Мерьский Верхнее Поволжье иваново реэтнизация капище новгородцы Ярославская область Московия скандинавы Северо-Восточная Русь Белоозеро мордва Залесская земля мерянский мир великороссы Вологодская область Костромская область христианство
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 2270
На основании какой письменности восстанавливать язык Муромы?
Всего ответов: 837
Статистика
Яндекс.Метрика