Среда, 13.12.2017, 16:15 | Вы вошли как Гость | Группа "Гости"Приветствую Вас Гость

Главная » 2017 » Июнь » 25 » Двуглавые пластинчатые подвески Древней Руси XI – XIII вв.
12:54
Двуглавые пластинчатые подвески Древней Руси XI – XIII вв.

На территории лесной зоны Восточной Европы подвески в виде направленных в противоположные стороны зооморфных голов известны уже в начале I тыс. н.э. В землях Предуралья в VII–XI вв. бытуют биконьковые украшения, ставшие своеобразной «визитной карточкой» региона; изделия получают широкое распространение – находки встречаются в Зауралье,

Поволжье и Приладожье, а также на территории Фенноскандии1. В начале II тыс. н.э. меняется не только стиль двуглавых изображений, но и ареал распространения. Так, в XII–XIII вв. находки двуглавых пластинчатых подвесок также встречаются на обширной территории – от Северной Швеции до Предуралья, однако зоной их концентрации являются земли Северной Руси.

Л.А. Голубевой и Е.А. Рябининым было выделено несколько типов и вариантов двуглавых пластинчатых подвесок2. Основной датировкой находок является XII в., некоторые находки отнесены исследователями к XI–XII вв. или XII–XIII вв.

Изделия вошли в научную литературу как «изображения коней», набор запечатленных образов представляется более вариативным. В землях Северо-Восточной Руси получили распространение подвески с фигурными прорезями в нижней части щитка (Рис. 1: 1-3). Изделия представляют собой симбиоз прикамской и прибалтийско-финской стилистики.


Рис. 1. Варианты оформления двуглавых зооморфных подвесок (1-11), цепедержателей
(12) и каркасных подвесок (13-14).

На головах некоторых подвесок обозначены кольцевидные навершия (Рис.1: 2-3). Изделия с подобным оформлением не получили распространения в Верхнем Поволжье, судя по всему, образ рогатого животного был в большей степени востребован на территории Межозерья и Подвинья, что подтвержда-ется и находками одноглавых пластинчатых подвесок, вероятно, изображающих оленя или лося3.

Еще одной распространенной разновидностью двуглавых подвесок являются украшения с подпрямоугольными прорезями в нижней части щитка (боковые прорези иногда имеют подтрапециевидную форму). По классификации Е.А. Рябинина подобные украшения составляют вариант 3 типа VII (Рис. 1: 4-7).

Исследователь писал, что данные подвески «различаются формой и количеством ажурных прорезей, а также размерами... Но по основным своим признакам все изделия характеризуются полным сходством, свидетельствующим о родстве их происхождения»4.

Находки преимущественно происходят из северо-восточных земель Древней Руси. Однако разнятся не только количество прорезей, конфигурация и пропорции щитков, но и очертания зооморфных голов. В нижней части щитка рассматриваемых изделий могут располагаться шесть, пять или четыре прорези.

Подвески с шестью прорезями отличаются как наиболее качественным исполнением отливок, так и наиболее стройными пропорциями (Рис. 1: 4). Л.А. Голубева полагала, что в данных подвесках насечками передаются гривы коней5. Однако на украшениях из поселения Усть-Шексна6, кургана у д. Безрядова 7, Выжумского могильника8, коллекции В.И. Заусайлова9 и проч. орнамент в виде наклонных насечек проходит по обеим сторонам шеи, а в ряде случаев просматривается и на нижнем крае щитка.

У большинства изделий ступенчатый профиль, укороченная морда и резкий переход от лба к пасти. На наиболее качественных образцах читается открытая пасть с высунутым языком. Данные признаки несколько не характерны для изображения коней, но типичны для передачи образов хищников и фантастических животных10.

Ступенчатый профиль присутствует на подвесках смоленского типа, которые, как показало исследование Р. Спиргиса, изображали фантастических животных, вероятно, левкрот11. Раскрытые пасти с высунутыми языками изображены на различных прибалтийских изделиях, как зооморфных и орнитоморфных подвесках, так и фибулах, украшенных змеевидными головками. Здесь также стоит упомянуть подковообразную фибулу с головами драконов из погребения 27 могильника Нефедьево, точные аналогии которой неизвестны12.


Рис. 2. Распространение двуглавых подвесок с шестью
подпрямоугольными прорезями в нижней части щитка:
1 – Безрядова; 2-4 – Усть-Шексна; 5-6 – Семухино; 7 - Минино; 8 – Белоозеро; 9 – Нефедьево; 10 – бывш. Вельский уезд (?); 11 – Воскресенское; 12 – Кузомень I; 13 – Мозолево; 14 – Выжумский могильник; 15 – Починковский могильник; 16 – Билярск; 17 – Кокпомъягский могильник; 18 – Тойва; 19 – Кухмо.

На подвесках из Усть-Шексны 13 и Кузомени 14 звериные черты снивелированы, и изображены удлиненные, вероятно, конские, морды. Дата подвески из Семухино обозначена Е.А. Рябининым как XI–XII в., а, например, аналогичного изделия из Безрядовой – XII–XIII в.15. Еще один экземпляр происходит из погребения 6 могильника Минино II, датированного Н.А. Макаровым рубежом XI-XII – началом XII в.

Некоторые подвески с пятью прорезями в нижней части щитка производят впечатление подражаний изделиям с шестью прорезями. Другие, как и украшения с четырьмя прорезями стилистически более независимы.

Различные вариации подвесок с подпрямоугольными прорезями (вариант 3 типа VII, по Е.А. Рябинину) также встречаются в одних комплексах (к примеру, в погребения 6 могильника Нефедьево и погребении 6 могильника Крохинские Пески)16. Возможно, разнообразие изделий было обусловлено работой различных мастеров или различной ценовой категории изделий.

Экземпляры с шестью прорезями были встречены не только в Верхнем Поволжье и Белозерье, но и за пределами Руси — как в Шведской Лапландии, так и на Средней Волге – в землях Волжской Болгарии (Рис. 2). Вероятно, данная разновидность изготавливалась не только для севернорусского населения, но и на импорт, в то время как остальные разновидности двуглавых подвесок с прямоугольными прорезями бытовали только на Севере Руси (Рис. 3). Среди разнообразия изделий, бытовавших на территории Молого-Шекснинского междуречья, Белозерья и Подвинья, возможно выделить даже серии. К примеру, судя по метрическим параметрам, миниатюрные подвески с пятью прорезями из могильников Нефедьево17, Крохинские Пески18, Погостище19 и поселения Минино I20 являются серийными отливками. Одна голова в этих изделиях расположена чуть ниже другой.

На памятниках Севера Руси были также встречены редкие разновидности двуглавых украшений. Из могильника Нефедьево происходят подвески, на щитках которых расположены три треугольных прорези, боковые направлены вершинами вверх, центральная – вниз (Рис. 1: 8)21. Общее композиционное решение и орнамент этих изделий говорит об их близости предметам прибалтийско-финского убора, в частности, ажурным цепедержателям (Рис.1: 12). Из Костромских курганов происходит единичная подвеска22, на корпусе которой располагается треугольная прорезь, вершиной кверху, вдоль ее боковых сторон — две узкие наклонные прорези (Рис. 1: 9). Оформление «геометрической» части подвески напоминает цепедержатели из Тюрвяя-Вянния в Финляндии23 и Саласпилс Лаукскола в Латвии24.


Рис. 3. Распространение двуглавых подвесок с пятью
и четырьмя подпрямоугольными прорезями в нижней части щитка:
1-5 – Нефедьево; 6-7 – Минино; 8-9 – Погостище; 10-11 – Белоозеро; 12-13 – Крохинские
пески; 14 – Нефедево; 15-16 – Воскресенское; 17 – Митино-Зворыкино; 18 – Кривец; 19 –
Торово; 20 – Зубарево; 21 – Петрушина; 22-23 – Васильевское; 24 – Терешино; 25 – Новгород; 26 – бывш. Тихвинский уезд.

Появление у двуглавых зооморфных подвесок дополнительного признака в виде шумящих лапчатых привесок, согласно мнению Е.А. Рябинина, было связано с «осложнением смысловой нагрузки амулетов»25. Однако вернее говорить не о наличии самих шумящих привесках, а о другой конструкции щитка, т. е. о дополнении его петлями для привесок.

В костромских курганах были встречены подвески с треугольными и ромбическими прорезями на щитке, относящиеся к типу VIIA, по Е.А. Рябинину (Рис. 1: 10). Форма щитков этих изделий близка треугольным и колечковидным подвескам, типичным для Костромского Поволжья26. Щитки украшений типа IX, по Е.А. Рябинину, также схожи с каркасными и арочными подвесками (Рис. 1: 11, 13-14).

Важной тенденцией развития украшений XI–XIII вв. является взаимопроникновение изобразительных традиций. Так, в ряде двуглавых подвесок прослеживается влияние изобразительных традиций Прикамья и Прибалтики. Основой других разновидностей – двуглавых зооморфных украшений с привесками – являются каркасные подвески, распространенные в Волго-Окском междуречье. В целом, двуглавые подвески являются яркой особенностью металлопластики Древней Руси XI–XIII вв. В изделиях запечатлены различные образы, как копытных – коней и оленей/лосей, так и хищников или фантастических, полиморфных существ.

Литература:

1 - Голубева Л.А. Коньковые подвески Верхнего Прикамья // Советская археология. – 1966. – № 3. – С. 80 – 98.
2 - Голубева Л.А. Зооморфные украшения финно-угров. – М., 1979; Рябинин Е.А. Зооморфные украшения Древней Руси X–XIV вв. – Л., 1981.
3 - Кузнецова В.Н. «Человек между двумя конями» (об одной разновидности двуглавых подвесок) // Новые материалы и методы археологического исследования: Материалы III Международной конференции молодых ученых. – М., 2015. – С. 142 – 143.
4 - Рябинин Е.А. Зооморфные украшения Древней Руси X–XIV вв. – С. 21.
5 - Голубева Л.А. Зооморфные украшения финно-угров. – С. 45.
6 - РБМ-37375-122; Справочная система Рыбинского государственного историко-архитектурного и художественного музея-заповедника [Электронный ресурс]. URL http://iss.rybmuseum.ru/kng/item/item.jsf?id=276511 (дата обращения 13.07.14)
7 - Нефедов Ф.Д. Отчет об археологических исследованиях в Прикамье, проведенных летом 1893 и 1894 гг. // Материалы по археологии восточных губерний России. – Т. III. – М., 1899. – Табл. 4, 18.
8 - Архипов А.Г. Марийцы XII–XIII вв. (К этнокультурной истории Поветлужья). – Йошкар-Ола, 1986. – Рис. 26, 2.
9 - Tallgren A.M. Collection Zaoussaїlov Au Musee National De Finlande A Helsingfors. – II. – Helsingfors,1918. – Pl. II, 31.
10 - Кузнецова В.Н. Зооморфные образы в изобразительной традиции населения лесной зоны Восточной Европы II тыс. н.э. // Музей. Традиции. Этничность. – 2013. – №2 (4). – С. 58–60.
11 - Спиргис Р. Находки зооморфных подвесок «смоленского» типа на территории Латвии и их новая интерпретация //Stratum Plus. Культурная антропология и археология. – 2012. – № 5. Другая Русь. Чудь, меря и инии языци. – СПб, Кишинев, Одесса, Бухарест, 2012. – С. 195-220.
12 - Макаров Н.А. Колонизация северных окраин Древней Руси в XI–XIII вв.: По материалам археологических памятников на волоках Белозерья и Поонежья. – М., 1997. – С. 146. Табл. 152, 1.
13 - РБМ-29663/67; Справочная система Рыбинского государственного историко-архитектурного и художественного музея-заповедника [Электронный ресурс]. URL http://iss.rybmuseum.ru/kng/item/item.jsf?id=220198 (дата обращения 13.07.14).
14 - Ясински М.Э., Овсянников О.В. Взгляд на Европейскую Арктику: Архангельский Север: проблемы и источники. – Т. I. – СПб., 1998. – С 30. Рис. 4.4.
15 - Рябинин Е.А. Зооморфные украшения Древней Руси X–XIV вв. – Кат. №№ 200, 202.
16 - Макаров Н.А. Население русского севера в XI–XIII вв.: По материалам могильников восточного Прионежья. – М.: Наука, 1990. – С. 108, 117. Табл. XXVI, 5-6.
17 - Макаров Н.А. Колонизация северных окраин Древней Руси в XI–XIII вв. – С. 343. Табл.131, 20-21;
18 - Макаров Н.А. Население русского севера в XI–XIII вв. – С. 206. Табл. XXI, 6.
19 - Брюсов А.Я. Финское погребение X–XI вв. в дер. Погостище Кирилловского района ВОлогоской области // Краткие сообщения Института археологии. – 1969. – Вып. 120. – Рис. 34.
20 - Археология севернорусской деревни X–XIII вв.: Средневековые поселения и могильники. / Отв. ред. Н.А. Макаров. – Т.2. Материальная культура и хронология. – М., 2008. – Рис. 122, 3.
21 - Макаров Н.А. Колонизация северных окраин Древней Руси в XI–XIII вв. – Табл. 116, 3; 142, 6.
22 - Голубева Л.А. Зооморфные украшения финно-угров. – Табл. 18, 18.
23 - Kivikoski E. Die Eisenzeit Finnlands. – II. – Porvoo-Helsinki, 1973. – Тaf. 89, 717.
24 - Zariтa A. Salaspils Laukskolas Kapulauks 10.-13. gadsimts. – Riga, 2006. – Аtt. 133, 2, 4-5, 7.
25 - Рябинин Е.А. Зооморфные украшения Древней Руси X–XIV вв. С. 22.
26 - Рябинин Е.А. Финно-угорские племена в составе Древней Руси: К истории славяно-финских этнокультурных связей: Историко-археологические очерки. – СПб., 1997. – С. 194.

Автор: Кузнецова В.Н. Российский этнографический музей, г. Санкт-Петербург

Категория: Новости Мерянии | Просмотров: 1013 | Добавил: merja | Теги: Язычество, Древняя Русь, финно-угры, мурома, коньковые подвески, марийцы, меря, обереги, весь | Рейтинг: 5.0/5
Всего комментариев: 0
avatar
СТАНЬ МЕРЯ!

ИНТЕРЕСНОЕ
ТЭГИ
мерянский Павел Травкин чашечник меря финно-угры чудь весь Merjamaa Меряния финно-угорский субстрат вепсы История Руси суздаль владимир меряне история марийцы Ростов Великий ростов Русь новгород экология славяне топонимика кострома КРИВИЧИ русские Язычество камень следовик камень чашечник синий камень сакральные камни этнофутуризм археология мурома Владимиро-Суздальская земля мерянский язык ономастика Ростовская земля балты городище финны Векса краеведение православие священные камни этнография святой источник общество Плёс дьяковцы Ивановская область регионализм культура идентитет искусство Арья Альквист мещёра священный камень народное православие антропология Чухлома россия москва Солнцеворот ярославль мифология вологда лингвистика Кологрив Ефим Честняков будущее Унжа вятичи Залесье волга нея Идентичность футуризм экономика деревня туризм север мерянский этнофутуризм Древняя Русь шаманизм латвия русский север Галич Мерьский иваново капище Ярославская область Московия Языкознание скандинавы Европа коми бронзовый век Костромская область христианство
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 2347
На основании какой письменности восстанавливать язык Муромы?
Всего ответов: 913
Статистика
Яндекс.Метрика