Пятница, 28.04.2017, 11:26 | Вы вошли как Гость | Группа "Гости"Приветствую Вас Гость

Главная » 2015 » Апрель » 19 » Кохма. часть 2. "Олигархи" из деревни Ясюниха
09:41
Кохма. часть 2. "Олигархи" из деревни Ясюниха

Начало XIX века – благословенное время для текстильной отрасли. Во многих местах на Верхневолжье возникают мастерские, мануфактуры, фабрики. Предприимчивые крестьяне-крепостные с доходов своих производств выкупаются на волю, сколачивают немалые состояния и выходят в купеческое сословие. Развивают производства, строят капитальные фабричные здания, служившие потом людям почти два столетия.  Кохма так же стала одним из центров текстильного производства. В 1804 году в Кохме было 8 полотняных и 2 набоечных мастерских. По качеству и красоте отделки товар кохомских фабрик расценивался чрезвычайно высоко и имел большой спрос.

У истоков местной промышленности стояли: Балдины, Безеновы, Клюевы, Королёвы, Медведевы, Пошвины, Чаяновы, Ремезовы. Наиболее выдвинулись впоследствии династии фабрикантов Щербаковых, Чернышёвых, Повшиных, Безеновых. Так, в русском отделе Венской всемирной выставки 1873 г. представлены изделия Е.Безеновой с сыном из с.Кохма, чья фабрика существовала с 1855 г. Но всех их «переплюнули» потомки крестьянина Макара Маряхина из деревни Ясюниха. По названию деревни они стали зваться Ясюнинскими.

В трёх верстах от Кохмы находится деревня Ясюниха. Крестьяне здесь жили бедно, пахотной земли у них было мало, и большим подспорьем в хозяйстве было ручное ткачество. Здесь и проживал прародитель будущих фабрикантов Ясюнинских - Макар Маряхин. У Макара был сын Алексей. Алексей перебрался в Кохму и занялся сапожным ремеслом. У Алексея, в свою очередь, был сын Никита. Никита женился на дочери полотнянщика Маремьяне Петровне Шуйской. В 1815 г. у них родился сын Василий.

В 1822 г. Маремьяна Петровна  "Маряха"- Шуйская основала в Кохме мастерскую по набивке и крашению холстов. С 1825 г. ручная работа мастерских механизируется. У "Маряхи" было до 40 рабочих.

Сын "Маряхи", Василий Никитич Ясюнинский, расширяет производство. В 1836 г. выстроена небольшая фабрика на берегу р. Уводь, здание которой сохранилось доныне. Закупаются жаккардовые станки. К 1860 г. у Ясюнинских было 325 ткацких станков, из которых 130 были механизированы. В 1889 году на фабриках Ясюнинских работало 3356 человек. В 1912 г. – 3436 чел.

Ткани Ясюнинских отличались добротным качеством и завоевали широкий рынок, получили известность и за границей.

В 1897 г. строится новая большая ткацкая фабрика. В 1900 г. на ней было уже 1000 станков и 935 рабочих. Тогда же был построен трёхэтажный каменный корпус артельных казарм (общежитие), в котором проживали 549 рабочих. А в 1900 году была построена вторая казарма. При фабрике возникает целый рабочий посёлок.

Для рабочих Ясюнинскими были выстроены, больница, проф.училище и театр.

Один из виднейших представителей рода - Николай Арсеньевич Ясюнинский (1856, Кохма— 1912, Москва). Благодаря своим заслугам в подъёме отечественной промышленности и активному участию в общественной деятельности в 1906 г. был избран от Владимирского земства членом Государственного совета Российской империи.

Второе в Кохме по богатству семейство фабрикантов Щербаковых старалось не отставать от Ясюнинских в социальном строительстве. Ими вблизи принадлежавшей им льно-фабрики в начале XX века были выстроены ясли, родильный приют, школа, богадельня и театр для рабочих.

В центре села Ясюнинскими были выстроено проф.-тех. училище (ныне здесь – музей города Кохма и городская библиотека),

а так же каменная усадьба В.Н. Ясюнинского (ныне – администрация города Кохма).

Неподалёку возвышались так же здания почты и волостного правления.

Напротив почты находилось красивое деревянное здание церковно-приходской школы.

У самого Николая Арсеньевича детей не было. И он с женой немало вложился в попечение учебных заведений Кохмы и Иванова. А вот потомки его братьев и сестёр проживают во многих городах России, а так же в Аргентине, и чтят память своих прадедов.

Вот выдержки из воспоминаний проживающего в Аргентине Никиты Алексеевича Ясюнинского о его визите в Кохму в 1993 г.

«Наверное, когда подводишь итог прожитого, невольно возвращаешься к краю детства, там, где жизнь начиналась, там, откуда судьба заставила уйти, там, где не дожито, где не досказано. Возможность пришла поздно, возвращаться к ним усталым стариком, стесняет мысль, уже невмоготу. Остается в памяти, как волшебный край, и неотвратимый долг проститься с ним, исполняет это сыном. Вот под этим чувством, я взял на себя /долг – Н. Ц./ посетить Кохму (ноябрь 1993 г), по возвращению, 24 сентября 1994 г., мой отец скончался.

Помню, сойдя с троллейбуса, туманным утром, еще в сумерках, начал бродить по Кохме. Вышел случайно к перекрестку с семафором, где привлек меня дорожный указатель «дорога в Шую», это отозвалось чем-то родным. Оглядываясь потерянным взглядом, наткнулся справа на подпорную стену с кирпичными треугольными укреплениями, чуть узнав ее, открылось моему сознанию, среди утреннего тумана, весь особняк с его могучим архитектурно-увесистым изяществом. Он стоял гордо, но обиженно… Балконы и прихожая истлели, частично упала орнаментальная лепнина и штукатурка, а по стенам пробиваются соли, пятнистыми болезненными разводами.

/…/ Мой отец, в последний и единственный раз, навестил семейный особняк в 1935 году*, незадолго до смерти своего отца. Иван Арсеньевич умер 25 ноября 1935 года.

Иван Арсеньевич был человек религиозный, семьянин, нравственно строгий, хороший специалист, не подпавший под влияние пресыщенной жизни. Был близок к отцу – Арсению Васильевичу. Беда обрушилась на него одним ударом, в марте 1919 года была полная конфискация всего имущества, национализация фирмы, и вскоре, расторгнутый брак. Анна Григорьевна развелась, вступив в новое замужество. Все дети остались при отце, он их воспитал, содержал и дал всем высшее образование. После революции был арестован, но скоро выпущен, сидел пару раз заложником, работал инженером – сотрудником инспекции в Иваново-Вознесенском Тресте. Первое время семья жила в том же особняке, на урезанной части жилой площади. Уезжать за границу не пожелал, не смог предвидеть нависающий террор, достаточно вспомнить арест сына Алексея (1933 г.) и расстрел племянника, Бориса Васильевича (1937 г.»).

*Алексей Иванович (1907 - 1994) в 1941 г. был призван на фронт, попал в плен под Вязьмой. Окончание войны встретил в Австрии, вернуться на Родину не решился. В 1949 г. переселился в Аргентину. Активист эмигрантского общества "Русский православный очаг".

Васка Шомтолгай

Категория: Новости Мерянии | Просмотров: 1608 | Добавил: Шом-толгай | Рейтинг: 5.0/4
Всего комментариев: 1
avatar
1
1
Похоже,мы живём во времена упадка ((
avatar
СТАНЬ МЕРЯ!
ИНТЕРЕСНОЕ
ТЭГИ
мерянский Павел Травкин чашечник меря финно-угры чудь весь финно-угорский субстрат Merjamaa Меряния вепсы История Руси суздаль меряне владимир история марийцы Ростов Великий ростов Русь новгород экология славяне топонимика кострома КРИВИЧИ русские Язычество камень следовик камень чашечник синий камень сакральные камни этнофутуризм археология мурома Владимиро-Суздальская земля мерянский язык ономастика Ростовская земля балты городище финны краеведение православие священные камни этнография святой источник общество Плёс дьяковцы Ивановская область регионализм культура идентитет искусство мещёра священный камень народное православие антропология россия Чухлома москва ярославль мифология вологда лингвистика Кологрив Ефим Честняков будущее Унжа вятичи Залесье волга Идентичность футуризм деревня север мерянский этнофутуризм Древняя Русь латвия русский север сакрум Галич Мерьский Верхнее Поволжье иваново реэтнизация капище новгородцы Ярославская область Московия скандинавы Северо-Восточная Русь Белоозеро мордва Залесская земля мерянский мир великороссы Вологодская область Костромская область христианство
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 2270
На основании какой письменности восстанавливать язык Муромы?
Всего ответов: 837
Статистика
Яндекс.Метрика